Скандал, разразившийся на исторической сцене Большого театра в начале июля, сменился бурными овациями в честь питерских артистов, за полмесяца раскрывшей многие постановки экспериментатора, изобретателя нового в хореографии – Бориса Эйфмана. В этом году Театр Эйфмана отмечает значительный для молодой труппы юбилей: 40 лет. На протяжение этого внушительного срока Борис Яковлевич создавал свои, авторские, версии всем известных балетов, смещая акценты и совершенно иначе расставляя приоритеты как в технической стороне произведения, так и в актёрской составляющей. Например, «Красная Жизель», повествующая не о вымышленной девушке, преданная графом Альбертом, а о великой балерине Ольге Спесивцевой, которая на собственной судьбе примерила роль Жизели – своей лучшей партии.

Наравне с примелькавшимися балетоманам сюжетами молодой и самобытный хореограф стал ставить сюжетные балеты, закладывая в основу шедевры мировой художественной литературы и впечатляющие по своему душевному надлому человеческие судьбы известных людей. Год за годом формировался особенный пластический код Эйфмана, погружающий в переживания с помощью языка человеческого тела. Постепенно обновляется труппа, меняются солисты, что позволяет маэстро создавать новые редакции балетов, учитывая индивидуальные особенности и возможности каждого танцовщика.

Эйфман неоднократно привозил свои сочинения из северной столицы в официальную – Москву, демонстрирую старые, уже полюбившиеся петербуржцам сочинения, и новые творения, не забывая о необходимости удивлять и поражать искушенную московскую публику. А она на его спектаклях и правда всегда особенная, в зале можно заметить видных деятелей культуры, политики, да и просто светских людей. Но всегда его выступления ограничивались несколькими наименованиями, в этот раз, в честь юбилея, труппа «заняла» историческую сцену самого известного театра страны с полномасштабной программой – шесть спектаклей, различных по сюжету и музыке, но схожих по настроению, психологизму, тематике и хореографии. Поговорим более подробно об общих чертах в представленных на гастролях балетах.

Настроение. После каждого спектакля Бориса Эйфмана зритель должен покидать зрительный зал с противоположными чувствами – восторгом и легкой грустью. Первое остается от общей картинки балета, от энергетики артистов и атмосферы Большого театра, но больше внимания стоит обратить на следующую эмоцию. Легкая грусть навеяна необходимостью задуматься о собственной судьбе, о жизни окружающих людей. Постановки заставляют несколько остановиться и поразмышлять, даже можно сказать пофилософствовать. В бешенном темпе жизни XXI века подобное происходит так редко, но порой это необходимо для обретения внутренней гармонии и понимания.

Психологизм. Создавая авторские версии балетов, отходя от канонов и клише, Борис Эйфман творит настоящий психологический балет, подобно русским композиторам XIX столетия, ставшими новаторами в психологической опере. Главное для хореографа – показать внутреннюю составляющую каждого героя, раскрыть перед зрителем всю гамму чувств и переживаний, охватывающих персонажей, продемонстрировать их мысли, сновидения, тайные желания и страхи. Необходимость уделить особое внимание каждой партии определяет небольшое количество героев. Так, иллюстрируя роман Льва Николаевича Толстого «Анна Каренина», Эйфман находит важным ввести только трёх героев: Анну, её мужа и её страстную любовь – Вронского, оставляя за кадром иные сюжетные линии. Благодаря этому зритель в мельчайших деталях проникается в образ, чувствует и сопереживает героям. Иногда, для пущего драматизма, хореограф, наоборот, добавляет детали, помогающие ему показать персонажа, но отсутствующие в литературном прототипе. В качестве примера можно сказать о муже Татьяны в «Евгении Онегине», который стал слепым, слишком серьёзным и брутальным – полная противоположность одухотворённому, потерявшемуся Евгению, которого пожирают воспоминания прошлого.

Тематика. Все балеты, несмотря на первоначальный сюжет, будь это исторические события времён Павла I и эпохи творчества Родена или же выдуманная Достоевским, Пушкиным, Л.Толстым, Фицджеральдом история, объединены общей тематикой – взаимоотношения между людьми, между человеком и обществом, между человеком и его внутренним голосом. И если первое охватывает вечные проблемы любви, дружбы, то в остальном Эйфман пошёл намного дальше. В его балетах мы видим, как прогнила и насколько фальшива общественность, она в состоянии как задавить, убить человека (в «Анне Карениной» поезд изображен в виде человеческой толпы), задушить его личность (как это происходит с Клодель в балете «Роден»), так и выявить все, даже самые низкие, человеческие желания. Осознание себя, погружение во внутренний мир – неотъемлемая черта. При этом герой мучается, радуется и боится, нередко замыкается, но все-таки чаще всего приходит к определенному ответу и решению.

Хореография. Всё перечисленное  требует особого хореографического рисунка. Ломанные движения, высокие поддержки на грани человеческих возможностей и массовые сцены помогают маэстро добиваться поставленной цели и вызывать как восторг зрителей, так и желание труппы развиваться дальше и покорять новые вершины. Особо хочется отметить несколько артистов труппы, по-настоящему создавших эти долгожданные гастроли и раскрывшихся в различных образах. Наблюдая за М. Абашовой, Л. Андреевой, С. Волобуевым и О. Габышевым, начинаешь понимать, почему эта театральная кампания, исполнившейся всего 40 лет так популярна во всем мире и почему все их выступления проходят с таким аншлагом.

Автор: Мария Тарасова

Фото: eifmanballet.ru

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.