Продолжая знакомство с номинантами ежегодной премии газеты «The Art Newspaper Russia», мы переходим к претендентам на победу в категории «Книга года» и узнаем, кто в мире литературы, по мнению редакции, может получить награду за самый большой вклад в область искусства в 2016 году. Номинанты следующие:
«Авангардная музеология» номинирована «За найденные примеры для подражания в области музейного строительства первой половины ХХ века».
Эта книга представляет собой сборник текстов и архивных документов конца XIX – начала XX веков. Весь материал посвящён проектам музеев, стремящихся отойти от устоявшихся традиций музейного дела, в ней предложены различные решения для более инновационного подхода в работе выставочных пространств. Антология делится на три части: русский космизм, исторический авангард и марксистская материалистическая диалектика. В книге рассмотрено множество вопросов касательно самой авангардной музеологии, роли куратора в музейно-выставочном пространстве, феномена художника-куратора, влияния марксистских традиций на историю музейного дела, а также отражения отечественного космизма в музейном строительстве.
Книга подготовлена фондом V-A-C под редакцией Арсения Жиляева, в антологию также входят публицистические статьи философа-космиста Николая Федорова, художников Александра Родченко и Казимира Малевича, писателя Андрея Платонова, работы таких авторов как Александр Богданов, Михаил Бехтерев, Иван Пунин, Надежда Крупская, Александр Федоров-Давыдов и других.
В «Авангардной музеологии» читатель может найти как статьи о несовершенствах и ошибках политики старого музея, так и философские тексты о футуристических идеях вечной жизни.
«Передвижники: между коммерческим товариществом и художественным движением» – за правдивую историю Товарищества.
2016 год подарил нам первое комплексное исследование передвижников в контексте социальной истории искусства, где автор представляет нам все сведения о движении передвижников с удивительной точностью. Анализ устава товарищества, объявлений о выставках в газетах, каталогов, отчётов, рецензии критиков – автор внимателен к каждой мелочи, когда дело касается его исследования. Данная книга объединяет в себе два противоположных взгляда на прочтение истории передвижников: социально-экономическое против альтруистического и идеалистического.
Читатели могут узнать, как прагматичная сторона передвижников приводит их к критически настроенному движению художников-реалистов. Так, книга предоставляет все доказательства, подтверждающие что изначальная выставочная деятельность передвижников – коммерческое предприятие, ориентированное на буржуазную публику.
Исследование написано петербургским искусствоведом Андреем Шабановым по мотивам своей диссертации.
Кузьма Петров-Водкин и его школа (1920–1930-е) — за открытие неизвестных прежде имен и деталей биографий художников.
До апреля 2016 года в Галеев-Галерее проходила выставка «Школа Кузьмы Петрова-Водкина (1920–1930-е)» для которой был создан двухтомный каталог. Этот каталог – результат многолетних исследований Ильдара Галеева, основателя Галеев-Галерее, эксперта по русскому искусству первой половины XX века. Книга предоставляет возможность подробно познакомиться с художником, с методом его творчества, принципами педагогики Петрова-Водкина, а также творческим методом учеников и последователей художника. Как говорит сам составитель каталога: «Двухтомник — это попытка обобщения опыта школы по каким-то «родовым» признакам. Студенты, которые занимались аналитическим методом, — это одна школа. Люди, которые выходили в космос супрематизма, — другая. Те, кто занимался расширенным смотрением, — третья. А здесь вот вполне определенно узнаются все, кто приобщался к Водкину…».
Книга вносит огромный пласт знаний в исследования творчества Кузьмы Петрова-Водкина, не только обобщая, но и конкретизируя, открывая новые факты из жизни художника. Такое исследование, бесспорно, может претендовать на звание «Книги года».
Таким образом, мы видим, что каждый номинант достоин стать лауреатом премии «Книга года», но чьё исследование внесло больший вклад в искусствознание – редакция «The Art Newspaper Russia» решит второго февраля.
Автор: Анастасия Тимофеенко
Продолжаем знакомить вас с номинантами V юбилейной Премии «The Art Newspaper Russia» в области искусства, вручение которой состоится 2 февраля 2017 года в московском Манеже. Мы уже рассказали вам о «Музеях года» и «Выставках года», теперь пришло время подробнее рассмотреть номинацию «Реставрация года», а именно трёх её финалистов: полотно Рогира ван дер Вейдена, настенную живопись в доме Стройбюро в Королёве, фрески церкви Благовещения на Городище в Новгороде.
Итак, первым претендентом на победу является картина Рогира ван дер Вейдена «Святой Лука, рисующий Мадонну». Номинация звучит так: «За возвращение шедевру мировой живописи первоначального вида».
Рогир ван дер Вейден. «Святой Лука, рисующий Мадонну» после реставрации.
Рогир ван дер Вейден – представитель золотого века нидерландской живописи – жил и творил в XV веке. «Святой Лука, рисующий Мадонну» – одна из известнейших его картин, которая имеет 4 варианта, находящихся в различных музеях мира. Один из них является частью коллекции Государственного Эрмитажа.
Последний раз картину реставрировали в XIX веке. Тогда были соединены в одно целое две её половины, однако сделано это было неправильно – картину лишили верхней части композиции. В 2013 году специалисты Эрмитажа начали новую работу по реставрации полотна. Была восстановлена авторская композиция, а также авторская колористика – путем избавления от слоев старого лака был полностью раскрыт авторский слой. Раскрытие авторского слоя привело к невероятному открытию. Многие века под толстыми слоями лака скрывались детали кисти автора, такие как чернильница на столе, руки святого Иоакима и другие. Таким образом, нетленному произведению искусства ранней фламандской живописи вернули первозданный вид.
Следующим номинантом «За неравнодушие и самоотверженность в борьбе за редкий памятник монументального искусства» стали революционные росписи Василия Маслова в разрушенном доме Стройбюро в Королёве.
Источник фото: http://in-korolev.ru
Из руин дома Болшевской трудовой коммуны чудом удалось спасти панно художника-авангардиста «Ленин. Электрификация». Сооружение было варварски разрушено в марте 2015 года, и помимо «Электрификации» под завалами осталось еще две настенные работы Маслова – «Индустриализация» и «Индеец». Их мечтают заполучить многие музеи мира.
Болшевская трудкоммуна представляла собой исправительное учреждение, где беспризорники могли получить «путевку в жизнь». В 1937 году члены коммуны были арестованы и расстреляны. Среди «врагов народа» оказался и сам художник Маслов.
Реставраторы воссоздали фреску по мельчайшим деталям, работая над ней даже в холод в полуразрушенном здании. Реставрацию закончили уже в стенах Строгановской академии. Стенопись Маслова представляет собой как историческую, так и художественную ценность. Советское искусство 1930-х годов имеет особый ажиотаж, так как его памятников сейчас практически не осталось. На сегодняшний день сохранилось очень мало работ Маслова, но все они признаны и востребованы, в том числе и на Западе. Сейчас этот важный исторический памятник и уникальное произведение искусства авангарда 1920-х годов окончательно спасено.
Также номинантом престижной премии стали фрески церкви Благовещения на Рюриковом Городище в Новгороде «За сочетание традиционной кропотливости и новейших технологий».
Источник фото: http://portal-vn.ru
Фрагменты фресок были найдены в развалинах церкви учеными-археологами РАН. Уникальность фресок состоит в их древности – они являются памятниками искусства XII века, домонгольской Руси.
Разбирали завалы и вытаскивали артефакты сами реставраторы, с помощью особых технологий, обеспечивающих большую сохранность памятникам. Над восстановлением фресок работали сотрудники Центра реставрации монументальной живописи Новгородского музея-заповедника. Найденные фрагменты напоминали кусочки пазла, которые реставраторы старательно собирали и склеивали, восстанавливали оригинальную композицию. Таким образом, древнейшие фрески, считавшиеся безвозвратно утерянными, обрели новую жизнь.
Автор: Алина Зарипова
Как общаться с ребенком? Этот вопрос задают себе без исключения все родители. Уже много было сказано о том, что важно находиться с ребенком глазами на одном уровне, а не смотреть сверху вниз, что желателен тактильный контакт и отсутствие враждебности в голосе, а что ещё? Давайте поставим вопрос по-другому. Как сделать так, чтобы напряжённых и потенциально конфликтных ситуаций в вашем общении с детьми было меньше? Эта статья, в первую очередь, служит цели профилактики и содержит рекомендации, выполнение которых не только поможет вам избегать стереотипов в общении с ребенком, но и лучше чувствовать свои переживания, понимая, что мешает вам быть достаточно хорошим родителем.
О детях
Начнём с того, что будем учиться понимать язык детей. Прежде всего, это означает понимание потребностей самого ребёнка, а не того, что нам таковым кажется. Пока мы, желая своему чаду всего лучшего, стараемся привлечь ко всякого рода «развивающим», «полезным» и «правильным» занятиям, ребёнок может оставаться неудовлётворённым, потому что ему просто не дали попрыгать в луже или остановиться на 2-3 минуты, чтобы получше рассмотреть проезжающую машину. Есть масса вещей, на которые не нужно денег и много времени, но которые в то же время кажутся взрослым крайне незначительными. Остаётся лишь понять, какие простые радости есть у вашего ребёнка, и он почувствует, что вы его принимаете.
Этот пункт часто упоминается в рекомендациях, но я хочу сделать акцент именно на допустимости проявления чувств. Гнев, как эмоция, часто оказывается под запретом, ведь гнев – «это плохо, это агрессия, а злятся только плохие». Таким образом, чтобы ваш ребенок не чувствовал себя плохим из-за своих чувств, дайте ему понять, что имеет право на свою злость и что об этой злости можно говорить с вами без страха наказания. Именно такая позиция поможет вашему ребенку отличать конструктивный гнев от деструктивного и научиться выражать его адекватным той или иной ситуации образом.
Да, в силу возраста и меньшего опыта ребенок знает гораздо меньше, чем вы, но, с другой стороны, впитывает всё как губка и смотрит на все свежим взглядом. Но главное, позволяя ему учить вас чему-то, вы даёте ему пространство для формулирования собственного мнения и позиции, не говоря уже о формирующейся самостоятельности. Наконец, прислушиваясь к своему ребёнку, вы, по меньшей мере, показываете, что его мнение вам небезразлично.
В каких паузах? На отдых, любопытство, смех или удивление. Он только растет и его механизм банализации окружающего ещё не запущен. Ребенку интересно всё, на что он обращает внимание сам. Кроме того, дети не могут и не должны поддерживать темп взрослого человека. Предъявляя к ребенку непосильные требования, мы сами создаём ситуацию, в которой ребенок оказывается заложником или даже жертвой. Ребенку нужна пауза, чтобы лучше запомнить, точнее сформулировать, сделать вдох и просто убедиться, что вы его слушаете. Чем старше будет становиться ребенок, тем меньше их будет и тем короче они будут становиться, но в самом начале эта деталь поможет ему избежать лишней нервозности и научиться быстрее принимать решение.
Это простая формула, которая поможет вам оптимизировать долю своего вмешательства в жизнь ребенка, а ему, в свою очередь, позволит развиваться, не чувствуя себя брошенным и отвергнутым. По сути, это определённая Выготским «зона ближайшего развития», в которой ребенок развивается поступательно, исходя из своих текущих возможностей, имея при этом все шансы на рывок, если для этого есть ресурсы и условия. Но наиболее важным с точки зрения детско-родительского диалога остаётся психологическая составляющая: следуя этому принципу, вы даёте ребенку понять, что доверяете ему, верите в его силы. Именно эту веру он впоследствии интернализует и на её основе выработает собственную уверенность в себе без необходимости делать что-то назло родителям.
Поговорили о детях, теперь можно и родителях.
Конечно, когда это возможно и когда от этой слабости напрямую не страдает сам ребенок. В детстве дети верят, что родители всемогущие. Чем дольше взрослые поддерживают эту фантазию, тем сильнее разочарование будет потом. В этом случае проявление слабости – это проявление человечности и невозможности противостоять принципу реальности[1]. Слабость взрослого ценна не только тем, что можно показать, как с ней справляться, но и тем, что слабость – это нормально. Когда, где и с кем – другой вопрос, но, в целом, без слабости нельзя понять, что такое сила. Видя, что родитель не может с чем-то справиться и признаёт это, не впадая в панику и не отрицая происходящее, ребенок учится иметь с ней дело, как с естественным явлением жизни.
Это отдельная сторона проявления слабости, но поскольку мы сталкиваемся с ней чаще, чем с другими, на ней стоит остановиться отдельно. Когда мы не можем ответить на вопрос ребенка, мы чувствуем себя глупо. Чтобы избежать этих неприятных ощущений мы, взрослые, готовы идти на любую хитрость, в результате которой и ребенок может оказаться плохим за «неправильный» вопрос, и родитель может уйти от ответа, сменив тему. Что будет в итоге? Ребенок научится искать виноватых на стороне и ловко перескакивать с тему на тему. Однако, человек не может и не должен знать всё. Принятие этого факта снимает с взрослого и, следовательно, с ребёнка сильнейшую тревогу, связанную, например, с собственностью глупостью или несостоятельностью.
Конечно, не в виде агрессии против ребенка, а в форме поддержания границ, выполнения обещаний и готовности защищать интересы ребенка. Агрессия по отношению к ребенку – это беспомощность, в которой нет и намёка на силу. Сохранение границ – это уважение личного пространства ребенка, признание его права на самостоятельность и индивидуальность, равно как и права взрослого на то, из чего ребенок по возрастным меркам пока исключается. Выполнение обещаний – это подтверждение того, что сделанное соответствует сказанному. Таким образом, ребенок воспринимает понятие ответственности. Защищать интересы ребенка – это, в первую очередь, оставаться на его стороне вне зависимости от того, прав он или нет. Правильно-неправильно – категории весьма относительные, особенно в детстве, а доверие заботящегося взрослого – явление более чем осязаемое. Уважение, ответственность и доверие – если мы способны воплощать эти слова в реальные дела по отношению к ребенку, мы можем считать себя сильными родителями.
В каждом из нас есть свой внутренний ребенок, не желающий подчиняться взрослым правилам. Примеряя на себя всё, что хотите для ребенка, вы проводите черту между своими желаниями и реальными потребностями ребенка – по сути, другого человека, пусть маленького и зависящего от вас. Понимая, чего именно не хватает вашей детской части, на что она может быть обижена и как её проще всего порадовать, вы сможете отличить собственные проекции от того, в чём действительно нуждается ваш ребенок. Более того, глядя на вас, ребенок учится заботится и прислушиваться к себе, лучше понимать свои чувства, отличая своё от чужого.
Не бывает много или мало, бывает достаточно, недостаточно и перебор. Иными словами, мы используем не абстрактные категории, а мерки по ощущениям. Когда ребенок уже наелся, тепло ему или холодно – пока ребенок в младенческом возрасте, мать ориентируется исключительно на свои ощущения. Когда же ребенок может более чётко сигнализировать о своём состоянии, родителям самое время перестать думать, что они знают лучше. Если эта установка принимается, взрослые могут давать ребенку столько тепла, еды и эмоций, сколько тому достаточно для чувства удовлетворения. Полного и стабильного удовлетворения добиться вряд ли можно – от принципа реальности никуда не денешься – но избавить ребенка от острой нехватки или сильного избытка чего-либо заинтересованным родителям вполне по силам.
Автор: Рустам Набиуллин, психолог, лектор культурного центра Пунктум
Больше интересных материалов доступно в клубе Пунктум
[1] По принципу реальности, по Фрейду, какие-либо возникающие потребности не могут быть удовлетворены немедленно, несмотря ни на какие препятствия. Обратным принципу реальности считает принцип удовольствия, согласно которому, все потребности должны быть удовлетворены немедленно, несмотря ни на что.
На экранах с завтрашнего дня появится новое грандиозное кинополотно Мартина Скорсезе. Об отношении к Богу и идеалах, которым мы не перестаем служить – в нашем материале.
Около тридцати лет Скорсезе вынашивал идею экранизации романа «Молчание» японского писателя Сюсаку Эндо. Многие обстоятельства вставали у него на пути к осуществлению задуманного. Режиссёр хотел завершить свою трилогию, начавшуюся с «Кундуна» и продолжившуюся культовым «Последним искушением Христа». Наконец, съёмочный процесс был запущен. В конце 2016 года фильм удалось выпустить в прокат.
Мартин Скорсезе и Эндрю Гарфилд, исполнитель главной роли
Середина семнадцатого века. Япония. В центре сюжета – два португальских священника-иезуита, Родригес и Гаррупе (Эндрю Гарфилд и Адам Драйвер), путешествующих по стране с целью отыскать своего пропавшего духовного отца Феррейру (Лиам Нисон) и продолжить распространение христианства в полностью буддийской стране. По слухам, падре отрекся от своей веры. Юным служителям предстоит узнать правду и выжить на чужеродной территории, где с иноверцами расправляются предельно жестоко.
Привычная бурлящая энергетика последних проектов Скорсезе здесь сменяется медитацией. На фоне масштабных японских пейзажей разворачивается история о стойкости, цене страданий за веру (как в Христа, так и в собственные принципы), сомнении. Зритель вместе с героями оказывается в атмосфере максимальной враждебности. Почти всегда она происходит от мнительности, кроющейся не столько в чужаках (в данном случае, японцах), сколько в нас самих. Иногда мы сами не подозреваем, сколько неоправданных испытаний могут принести наши «благие намерения».
За кого же страдают находящиеся в гонениях японские христиане? Представляют ли Бога так, как привыкли на Западе? В поисках ответов максималист Родригес и его духовный мир претерпевают серьёзную трансформацию.
Главную партию здесь отыгрывает Гарфилд и делает это великолепно. Примечательно, что в прошлом году с его участием вышла лента «По соображением совести», где действие происходит во время Второй мировой войны, и японцы вместе с темой религии, как и в «Молчании», присутствуют. Ни единой ноты фальши. Второстепенным актёрам – Драйверу и Нисону – дано не так много экранного времени, однако и его они используют по максимуму, заставляя аудиторию буквально в оцепенении наблюдать за собой.
Настоящим откровением стала операторская работа Родриго Прието («Волк с Уолл-стрит», «Фрида»), получившего за два дня до выхода фильма в российский прокат свою первую номинацию на «Оскар». Настолько масштабно проделанной работы сегодня практически не увидишь. Величественные панорамы сменяются изображениями одинокого странника. Саундтрек, записанный супругами Кимом Алленом и Кэтрин Клюге, как нельзя точно имитирует звуки природы и единения с ней. Практически всё время мы наблюдаем за героями в полной изоляции от внешнего мира, полагаясь лишь на реплики, шум воды и стрекот насекомых.
Скорсезе не спекулирует на теме религии, не пытается насаждать её постулаты зрителям. Он лишь приводит в пример своего героя. Быть мучеником своей веры и стоять на своём способны единицы. Но даже те, кто оступились, всегда имеют шанс на продолжение своего пути. И в молчании обретут надежду.
Автор: Егор Козкин
Источник фото: IMDb
2 февраля 2017 года в московском Манеже состоится вручение ежегодной премии в области искусства «The Art Newspaper Russia». Подводя итоги культурной жизни прошлого года, редакция газеты представила шорт-лист претендентов: по три финалиста в каждой из пяти категорий: «Музей года», «Выставка года», «Книга года», «Реставрация года» и «Личный вклад». В предыдущей статье мы знакомили вас с претендентами на звание «Музей года», а сегодня расскажем о самых главных выставках по версии редакции: биеннале уличного искусства, экспозиции коллекции Сергея Щукина и нашумевшей выставке привезённых шедевров Пинакотеки Ватикана.
И первый претендент на звание «Выставка года» – стрит-арт событие «Невидимая стена», Международная биеннале уличного искусства «АРТМОССФЕРА» «за интернациональность, зрелищность и популяризацию самого демократичного жанра искусства».
В августе прошлого года в Манеже состоялась II Биеналле уличного искусства «АРТМОССФЕРА» «Невидимая стена», в рамках которой приняли участие более 100 отечественных и зарубежных художников. В частности, в экспозицию вошли работы известного стрит-арт иллюстратора Дмитрия Аске – лауреата конкурса «АРТМОССФЕРА 2015». В дополнение к выставке была организована образовательная программа в виде лекций и мастер-классов ключевых представителей в области «уличной» индустрии. Огромная по своим масштабам и участию художников выставка всего за десять дней смогла превратить Манеж в эпицентр столичной стрит-арт культуры.
Также на почётное звание претендует выставка «Шедевры нового искусства. Коллекция Сергея Щукина». Фонд Louis Vuitton, Париж «За дипломатический талант и зримый памятник выдающемуся коллекционеру».
Поль Гоген. «А, ты ревнуешь?» 1892. Из собрания ГМИИ им. А.С.Пушкина
Выставка «Шедевры нового искусства» – показ собрания знаменитой коллекции картин одного из крупнейших московских меценатов XX века Сергея Щукина, которое на пару месяцев объединилось из залов Москвы и Петербурга в Париже. В состав экспозиции вошли работы известных французских художников, в числе которых Поль Гоген, Анри Матисс, Поль Сезанн, Пабло Пикассо и многие другие. Выставка была создана при участии Государственного Эрмитажа, ГМИИ им. Пушкина, Третьяковской галереи, что позволило объединить в одном пространстве около 130 абсолютных шедевров французского импрессионизма и постимпрессионизма.
Идея выставки лежит в основе истории взаимоотношений французского модерна и русской публики, чья связь обусловлена непосредственным влиянием Сергея Щукина: путешествуя по Европе, московский купец приобретал лучшие образцы французской живописи, которые впоследствии отправлялись в Москву. Благодаря ему у людей в России появилась возможность поближе познакомиться с европейским искусством. В 1948 году собрание коллекционера было расформировано и распределено по музеям в связи с эмиграцией Щукина. С тех пор его коллекция ни разу не экспонировалась как единое художественное собрание. «Это сокрушительный русский проект, подобного которому давно не было вообще в мире, он по значимости находится на уровне Дягилевских сезонов», — заключил директор Эрмитажа Михаил Пиотровский. Выставка началась в октябре 2016 и закончится 20 февраля этого года.
Помимо того, что Третьяковская галерея номинирована в категории «Музей года», на звание «Выставка года» претендует одна из её главных экспозиций: «Roma Aeterna. Шедевры Пинакотеки Ватикана. Беллини, Рафаэль, Караваджо», Государственная Третьяковская галерея, Москва «За впечатляющий пример обменного проекта с ведущими музеями мира».
Источник фото: http://www.interfax.ru
«Roma Aterna» («Вечный рим») признана поистине уникальной выставкой года: в её собрание вошли 42 произведения – шедевры итальянской живописи XII—XVIII, которые ранее не покидали музеев Ватикана. Прежде всего, это известные полотна художников Джованни Беллини, Мелоццо да Форли, Рафаэля, Караваджо, Гвидо Рени и других. Каждая работа представляет собой редчайшие образцы римской школы и религиозного искусства: открывает выставку римская икона XII века «Христос Благославляющий», которая прежде ни разу не экспонировалась за пределами Ватикана, полотна «Ангел, играющий на виоле» (1480) Мелоццо Амбрози, «Положение во гроб» Караваджо (1602-4). Выставочное пространство объединяет сразу три эпохи: Античность, Средние века, Возрождение.
В 2017 году в Ватикане планируется ответная выставка, на которой будут представлены работы русских художников на Евангельские сюжеты из коллекции Третьяковской галереи.
Автор: Дарья Зарубина
В главном здании ГМИИ им. Пушкина открылась выставка «Капричос. Гойя и Дали», которая продлится до 12 марта. Художники переосмысляют смысловое содержание жанра «Капричос»: Франсиско Гойя привнёс иронический оттенок в офорты на политическую ситуацию в Испании, а Сальвадор Дали копирует гравюры Гойи, добавляя цвет, сюрреалистические элементы, и свои комментарии. Что ожидать от выставки и как смотреть работы – читайте в нашем материале вместе с рекомендацией коллекционера Бориса Фридмана, предоставившего работы Дали из частного собрания.
Коллекционер Борис Фридман
«Идея родилась в значительной степени от возражений над тем, как проходили показы: вывешивают картинки, люди начинают искать различия, тексты не показываются, как правило. Это не верно – работы смотрятся как набор карикатур, каких-то непонятных вещей, тогда как это серьёзное глубокое произведение, в значительной степени литературное. На выставке тексты занимают очень важное место. Я бы сказал, что их сначала нужно читать, а потом смотреть, потому что это текст к каждой из картин, написанных самим Гойей».
Капричос (итал. capricci, фр. caprices, исп. caprichos) – особый жанр в искусстве Западной Европы на рубеже XVI-XVII веков, предполагающий создание в изобразительном искусстве, музыке или поэзии серии капризов, причуд или фантазий, объединённых какой-либо темой. Сам Гойя назвал серию офортов «Собрание эстампов на фантазийные сюжеты», рассказав о политической и социальной жизни Испании, переживающей глубокий кризис. Художник показывает следующие сюжетные линии: самообман и притворство, метафора человеческого мира как животного, сон разума и пробуждение человеческого сознания. Гойе удалось высмеять как пороки простых людей и лицемерие дворянства, так и правящую чету, церковь, инквизицию.
Комментарий Гойи: «Светская жизнь – карнавал, где все скрыто маской. Здесь всё чужое: платье с чужого плеча, чужой голос, личина вместо лица. Здесь всякий притворяется, все лгут и никто никого не узнаёт».
Почти через 180 лет состоялась публикация графической серии Франсиско Гойи, которая вдохновила Сальвадора Дали на новое прочтение работ Гойи. Дали воспринимал листы «Капричос» как что-то близкое собственному сюрреалистическому методу. В отличие от техники офорта с акватинтой Гойи сюрреалист использует технику сухой иглы, офорта и пошуара (трафарета) для более точного сходства и дальнейшей работы.
Можно взять на заметку совет о прочтении комментариев перед созерцанием листов и находить новое прочтение серии «Капричос».
Автор текста и фото: Наталья Белова
После референдума по вопросу членства Великобритании в Евросоюзе (ЕС) премьер-министр Ирландии Энда Кенни начал обсуждение с правительством проведения общеирландского форума по поводу будущего статуса Северной Ирландии. По мнению ирландского правительства, выход Соединенного королевства из ЕС может заново обострить так называемый Ольстерский конфликт, формально окончившийся в конце XX века, и активизировать ирредентистское движение, направленное на воссоединение территории с Ирландией. Вместе с экспертами разбираемся, насколько реальны такие прогнозы и какое будущее ждет Североирландский конфликт вследствие грядущего «брекзита».
Ретроспектива
Предпосылкой конфронтации стало начавшееся в XVII веке переселение английских и шотландских протестантов на неосвоенные североирландские земли, где проживали католические ирландцы. Конфессиональные и этнические различия стали базой конфликта, регулярно выливавшегося в кровопролитные войны. Протестанты стали доминирующей силой в регионе, что позволило Британскому правительству присвоить себе данные территории, отделив их от Ирландии. Последствием этого стало притеснение коренного католического населения, не имевшего представительства в Парламенте.
Новый виток ирредентистских настроений среди этнических ирландцев, стремившихся воссоединиться с Ирландией, спровоцировал последнее столкновение, о котором чаще всего говорят в контексте североирландского конфликта – The Troubles 1960 – 1990-х годов. Конфронтация сопровождалась террорами Ирландской республиканской армии (ИРА), беспорядками и многочисленными жертвами. Усилиями британского и ирландского правительств конфликт был улажен, и на референдуме 1998 года были приняты Белфастские соглашения, установившие нынешний статус Северной Ирландии как особого субъекта в рамках Соединенного королевства со своими представителями в парламенте и местными властными институтами.
В рамках урегулирования конфликта со стороны ЕС (сначала ЕЭС) была оказана значительная финансовая помощь Северной Ирландии, направленная на поддержание социально-экономической стабильности в регионе: за 1990-е годы (в основном, еще до окончания конфликта), ЕС направил туда более 650 млн. долларов.
Современное состояние конфликта
Однако, несмотря на формальное урегулирование конфликта в 1998 году, в североирландском обществе сохраняется главное условие для его активизации – разрозненная этно-конфессиональная структура. Более того, если раньше доминирующей группой были британские англикане, то сейчас ситуация изменилась: по результатам опроса социологической службы «Northern Ireland Life and Times», равные доли североирландского населения идентифицируют себя как британцы и ирландцы. В то же время, среди религиозного населения 41% называют себя католиками, 42% – протестантами.
Такое разделение не условно, а вполне реально: 90% детей в Северной Ирландии ходят в разные школы в зависимости от своей национальности и вероисповедания, а в Белфасте до сих пор сохраняется сегрегированное расселение жителей.
«Брекзит» как новый фактор активизации конфликта
На июньском референдуме относительно выхода из ЕС Северная Ирландия проголосовала против «брекзита», но стоит обратиться к карте распределения голосов по избирательным округам, чтобы уловить любопытный электоральный тренд: округа, принадлежащие «ирландским» графствам, не одобрили идею «брекзита» в то время как протестанты в основном поддержали инициативу.
Такое распределение голосов позволяет судить о переходе конфликта с этно-конфессионального уровня на качественно новую ступень столкновения социально-экономических интересов. Если мотивы североирландских британцев банально объясняются общегосударственными тенденциями, то для жителей «ирландских» графств Северной Ирландии, находящихся ближе к границе, выход из ЕС ставит вопросы внешней торговли (попадания местной сельскохозяйственной продукции на общеевропейский рынок), туризма и безопасности границ в связи с близостью Ирландии – члена ЕС. Более того, справедливо задаться вопросом об активизации националистических ирредентистских настроений среди этнических, так как свободный рынок и открытые границы, которые Соединенное королевство рискует утратить, до этого момента сдерживали их.
Игорь Ковалев, доктор исторических наук, заместитель декана факультета Мировой экономики и Мировой политики НИУ ВШЭ, рассуждает о потенциальных последствиях «брекзита» для Северной Ирландии:
«На самом деле, «брекзит» уже в определенной степени повлиял на развитие Североирландского конфликта с позиции как Великобритании, так и Ирландии и даже местных политических сил. На мой взгляд, здесь стоит задаться даже более глубоким вопросом: сами результаты летнего референдума относительно выхода Соединенного королевства стали одним из изменений в развитии Североирландского конфликта на современном этапе. Тот факт, что большинство в данном регионе проголосовало за сохранение членства Великобритании в Евросоюзе, демонстрирует изменение сил, которое произошло в Северной Ирландии: здесь уже нет абсолютного доминирования протестантов. Для ирландского местного населения, составляющего теперь большинство в регионе, членство в ЕС – это возможность сохранить не только трансграничные связи, (в первую очередь, свободу передвижения, о которой сейчас активно пишут в ирландской и даже британской прессе), но и те трансферты, которые Северная Ирландия получала из Евросоюза как один из наиболее бедных регионов в Соединенном Королевстве. Многие местные политики всерьез опасаются, что выход из состава ЕС серьезно ударит по экономическому благосостоянию провинции и сократятся возможности по модернизации местной экономики и хозяйства. Поэтому, безусловно, Северная Ирландия будет отстаивать свою позицию по данному вопросу и всячески пытаться добиться того, чтобы эта позиция, как минимум, была учтена в начале «развода» Великобритании с ЕС – формировании того плана, который, судя по всему, будет обнародован только в марте 2017 года – и в течение последующего длительного переговорного процесса.
Игорь Ковалев, доктор исторических наук, заместитель декана факультета Мировой экономики и Мировой политики НИУ ВШЭ
С другой стороны, все это может привести к очередному обострению формально разрешенного конфликта. Во всех предыдущих документах как раз было написано, что будущее Северной Ирландии должно решаться волеизъявлением народа. Если сама Великобритания провела референдум по поводу выхода из ЕС, то почему Северной Ирландии нельзя провести аналогичных референдум по вопросу вхождения в состав Великобритании и присоединения к Ирландии? Предшествовавшие референдумы проводились в условиях доминирования протестантского населения, однако изменения этно-конфессионального состава провинции привели к тому, что большинство превращается в меньшинство, так что можно делать соответствующие выводы относительно результатов будущего референдума, если таковой состоится.»
Взгляд изнутри
Джон Деван, студент университета Св. Эндрюса из Ирландии:
«Результаты референдума относительно членства Соединенного Королевства в ЕС шокировали и разочаровали Ирландию, так как подавляющее большинство местного населения верило, что британцы займут позицию консервативной партии и решат остаться в ЕС. Никто не предполагал, что люди будут так недовольны членством в ЕС, и лично меня это заставляет задуматься: насколько остальные страны удовлетворены Союзом и не захотят ли они в скором времени также его покинуть? Несмотря на то, что Соединенное королевство всегда выделялось среди членов ЕС хотя бы тем, что с относилось к идее Союза с определенной долей сомнения, сохранялось убеждение, что Британия в своих же интересах должна, скорее, быть членом ЕС, чем находиться за его границами.
На референдуме североирландский народ высказался против выхода из ЕС и пренебрежение его мнением ставит перед «севером» вопрос воссоединения с Ирландией вопреки условиям Белфастских соглашений. В то время, как большинство ирландского населения явно поддерживает идею Объединенной Ирландии, «на севере» пока не сложилось однозначного мнения. С другой стороны, патриотический национализм в регионе «стареет», особенно, в Ирландии: молодые люди не стремятся воссоединиться с народом, к которому лично имеют весьма опосредованное отношение. Так что мечты об Объединенной Ирландии пока остаются лишь мечтами старшего поколения, далекими от претворения в жизнь.»
Автор: Александра Фокина
С какими мыслями посетитель приходит в музей и что заставляет его критиковать всё происходящее – те вопросы, на которые стоит обратить внимание, потому что они стали возникать чаще. Посетители приходят в музей современного искусства и продолжают негодовать при виде непонятного нагромождения предметов или сложной игры концептуалистов. Иногда складывается впечатление, что зрителям только и нужно: а) удивляться и критиковать б) этот многоликий постмодерн. Когда возникла дистанция между зрителем и художником, и можно ли преодолеть ее – об этом пойдет речь в моих размышлениях.
Важный, но неочевидный момент проявляется в восприятии произведений искусства в рамках эстетики XVIII века. В эпоху Просвещения «подлинное произведение искусства говорит на языке, доступном всем и каждому, а язык сложный, манерный и темный – удел искусства неподлинного, вторичного»[1]. После этой фразы чувствуется что-то знакомое и сходное с настоящим? С таким же успехом можно, например, оценить современную моду в платье с корсетом, но едва ли это разумно. Если мода воспринимается в соответствии с актуальным моментом, то с искусством новое восприятие не работает. Истоки искусства, доступного и понятного зрителю, находятся именно в эпохе Просвещения и действуют до сих пор. «Красота – это обещание счастья», – говорил Фредерик Стендаль. Буржуазные приверженцы этой точки зрения могли бы продолжить: красивое обещает хорошее, что в свою очередь, имеет ценность. На примере это выглядит так: приобретение красивой картины возвысит покупателя в глазах окружения. Таким образом, произведение искусства было ценным не в силу достоинств и техники художника, сколько «эстетическим прикрытием с тыла»[2]. Следствием связи искусства и политики стало воплощение гражданских идеалов на полотнах. Существовало несколько способов, отлично подходящих для этого – академизм с псевдоисторической атмосферой либо реализм, который станет широко известным в XX веке по опыту тоталитарных государств.
Жак-Луи Давид «Клятва Горациев»
Жак-Луи Давид: Коронация Наполеона и Жозефины в соборе Парижской Богоматери 2 декабря 1804 года (и мастерская)
Художники XIX века подвергли сомнению существующую систему академизма, где салонные мастера «в искусстве, равно как и в политике, стремились поддержать существующий порядок вещей»[3]. Эдуард Мане считал, что салонное искусство – это «занятие праздное и бесполезное», а публика пыталась повредить зонтиками его «Олимпию» (отчего картину пришлось разместить выше). Несмотря на взаимную неприязнь, Мане проложил дорогу для марафона направлений модернизма, а что случилось с недовольной публикой? Зрителей возмущало это несоответствие пейзажей реальности либо аморальные сюжеты, портреты, не походившие на своих натурщиков. Публика наведывалась в салон, чтобы увидеть хорошо знакомое и понятное. В Салоны независимых и Осенние салоны можно было пойти, чтобы поразвлечься и поглумиться над художниками. На протяжении двадцатого века сломить закостеневшее понятие об искусстве как о понятном не удалось даже футуристам, язвительно и дерзко призывавших к войне – «единственной гигиене мира».
Эдуард Мане «Олимпия»
Мишенью для нападок и сегодня остаются абстракции и новые формы искусства, ставшие распространенными в послевоенное время. Если наложение красок друга на друга не понятно, то можно не смешно пошутить и сказать, что кто-то также бы смог, но даже на этот счет написаны книги. Стоит обратить внимание на рождение абстракций в послевоенное время, когда после ужасов войны американские художники стали работать с механически накладываемыми красками на холст. Осознанность или эксперимент интересовал и неофициальных художников в СССР. Если абстракция – это не только то, что видит художник, но и способ, с помощью которого можно изложить своё мировоззрение. Каждый ищет свой язык, вследствие чего получается множество непохожих абстракций: стиль Джексона Поллока, к примеру, будет разительно отличаться от «лирических абстракций» Владимира Немухина и Лидии Мастерковой. Однако не стремление понять художников привлекло толпы к Манежу после Хрущевского погрома. Наспех собранную выставку на следующий день же и убрали, и это уже полумифическое событие. Не случайно, в 1960–х появляются теоретические труды и «алфавиты» художников, способные пролить свет на произведения. Ведь на выставке они находятся без присмотра своего создателя. Художники работают не с перенесением предметов на холст или лист бумаги, но чувств или представлений о повседневности, передаче импульса. Можно заметить, что посыл художников – это не только поиск новых форм выражения, но заполнение привычных форм качественно новым содержанием.
Джексон Поллок «Лавандовый туман»
Владимир Немухин «Голубой день»
Прекрасно то, что не вызывает негативных эмоций – таков ли девиз нашего времени? То есть объект, на который потрачено много времени (тонко проработанные детали в прекрасно сложенной композиции) будет являться красивым, качественным, достойным внимания, а не критики. В то же время само созерцание и обращение к визуальным образам отходит на дальний план: на первом плане имя художника и название произведения (а зачастую и «без названия»). Возможно, отчасти для формирования нового и более благоприятного мировоззрения временные выставки проводятся в залах с постоянной коллекцией. Современные художники ведут ироничный диалог с художниками прошлого: Ян Фабр в Эрмитаже, Леонид Соков в Третьяковской галерее как яркие примеры. Фабр шокирует неподготовленных к совриску (современному искусству) посетителей, несмотря на искусный разговор бельгийского художника с признанными мастерами. А в Третьяковской галерее Леонид Соков не только размещает скульптуры в залах с произведениями авангарда, но и дает короткие комментарии, объясняющие выбор своей скульптуры и местоположение в пространстве и истории.
Выставка Яна Фабра «Рыцарь отчаяния – воин красоты» в Эрмитаже, источник фото: http://style.rbc.ru/
Выставка Леонида Сокова «Незабываемые встречи», источник фото: http://www.m24.ru/
Основным моментом является общение с картиной, заботливо оставленной художником и приобретенной в коллекцию. Абстракционисты не стремились к тому, чтобы зритель понял их. Их импульс состоится в передаче эмоций и чувств – зритель постигает это через цвет и формы, а не через фигуративную живопись. Отсутствие знакомых предметов вводит в затягивающую игру, которая предполагает множество интерпретаций, где ни одна не является абсолютно верной. Наверное, игровой момент является неотъемлемым элементом хорошего похода на выставку, ведь не всегда так важно быть серьезным.
[1] Хофман В. Основы современного искусства. Введение в его символические формы. СПб: Академический проект, 2014. С. 16.
[2] Там же.
[3] Эдуард Мане. Жизнь. Письма. Воспоминания. Критика современников. Л.: Искусство, 1965. С. 7.
«Какая игра, какая игра, — сказал скрипач, бережно закрывая ящик. –
Комбинации как мелодии. Я понимаете ли, просто слышу ходы»
В. Набоков, «Защита Лужина»
В последние дни средства массовой информации активно обсуждают план по выходу Соединенного Королевства из ЕС, предложенный Терезой Мэй, многие уже окрестили его «жестким Брекзитом» или «самоубийственным планом выхода». Мы обсудили с бывшим главой кафедры «международного экономического права и международных организаций» Лондонской Школы Экономики и профессором Венского Университета и Венской Дипломатической Академии Фридлом Вайссом пути взаимодействия между ЕС и Великобританией после Брекзита.
Сегодня мы столкнулись с новой реальностью, миром после Брекзита, конечно, наиболее важный вопрос сейчас: есть ли хоть какая-то возможность у Соединенного Королевства остаться в Европейском союзе?
Вы предлагаете мне представить подобный вариант развития событий, хорошо, на данный момент это выглядит крайне маловероятным. Сейчас Тереза Мэй, премьер-министр Великобритании, неустанно повторяет: «Мы обязаны исполнять волю народу». Конечно, она знает о существующих проблемах, и это не только непосредственно процесс выхода Соединенного Королевства из ЕС, но и тот факт, что около половины страны, в частности Лондон, активно выступает против Брекзита. Кроме того, большинство экономических прогнозов говорит о том, что экономике будет нанесен существенный ущерб и это, однозначно, будет период спада для Великобритании. И хотя спад может проходить плавно, в течение определенного времени, Тереза Мэй все равно понимает его неизбежность и может даже прислушивается к некоторым идеям о том, как обойти это «обязательство перед народом».
«Люди злятся, люди расстроены, им кажется, что они теряют позиции в игре под названием «глобализация», и на этом фоне хорошо бы обвинить во всем Европейский союз»
Вы знаете, на самом деле, люди злятся, люди расстроены, им кажется, что они теряют позиции в игре под названием «глобализация», и на этом фоне хорошо бы обвинить во всем Европейский союз. Всегда так, вам нужен враг, хоть где-то, но со временем люди начинают успокаиваться, многие из них даже становятся рациональными и приходят к тому самому вуду экономики, или экономике в общем понимании этого слово. Несмотря на это прямой ответ на вопрос таков: в данный момент возможность избежать Брекзита выглядит крайне маловероятной. Но, я думаю, вы знаете, в политике может случиться что угодно.
Хорошо, в таком случае, если это маловероятно, есть ли у правительства Терезы Мэй некоторое идеальное представление о будущем взаимодействии между Соединенным Королевством и Европейским союзом после Брекзита? На чем будут базироваться эти новые механизмы взаимодействия?
Если вы спрашиваете о будущих взаимоотношениях, то Великобритания хочет получать выгоды от торговли, безусловно, но не хочет свободного передвижения рабочей силы. Хотя, не стоит забывать, что Великобритания получает существенные выгоды от иностранной рабочей силы, как минимум от миллиона приехавших к ним польских рабочих. Так что сейчас трудно найти форму сотрудничества, которая позволит Европейскому Союзу поддержать свою целостность и при этом удовлетворит желания Соединенного Королевства.
К разговору о целостности, есть ли на текущий момент взаимопонимание между разным европейскими странами по вопросу Брекзита, или нет никакого консенсуса: каким-то странам это выгодно, каким-то нет?
Я не думаю, что это может быть выгодно хотя бы для одной страны, в любом случае, это проигрышная партия для всех. При этом, с политической точки зрения, давать задний ход в нынешней ситуации совершенно иррационально. Раньше мы говорили о том, что экономика превосходит все, но сейчас все козыри в руках политики. Имеет это смысл или нет, мы руководствуемся именно этим.
А так, конечно, у разных стран разные интересы. Правда на текущий момент сложно понять какие именно, например, Румыния и Болгария, а также Польша, могут принять отказ от основных четырех свобод (Примечание автора: 1. Свобода движения товаров 2. Свобода движение рабочей силы 3. Право предоставлять услуги 4. Свобода движения капитала). И я говорю «да» это нормальная позиция, для людей экспорт рабочей силы это основное, и нужно дать людям эту возможность. Но, возможно, есть компромиссы. Например, они могу прийти к некоторому пониманию того, что не существует единой перспективы взаимодействия для всех. Несмотря на это, кажется, что на текущий момент для Европейского союза создать такую систему нелегко. Во многом потому, что сейчас проходят выборы. Европейские лидеры не хотят, чтобы переговоры по Брекзиту проходили слишком легко, это может существенно повлиять на их политическую карьеру.
В своих лекциях вы рассказали о нескольких моделях перспективного сотрудничества, какая из них кажется вам наиболее реалистичной в настоящий момент?
Вы снова просите меня заглянуть в хрустальный шар. Соединенное королевство хочет достичь определенных целей: «Мы не хотим платить, мы хотим наши собственные законы, а не законы ЕС, и мы хотим быть открытыми для свободной торговли с кем бы то ни было, в том числе с ЕС». При этом, возникает вопрос касательно ВТО, потому что, в рамках выхода Великобритании из ЕС, сложно вести переговоры о дальнейшем сотрудничестве в ВТО. В ВТО подобные переговоры проходят очень медленно, особенно, когда есть 164 страны-члена, которым необходимо прийти к консенсусу, в котором некоторые могут быть не уверены, а некоторые и вовсе не заинтересованы.
«Мы вступили в постфактический мир, мир постправды, не важно, ученые, эксперты, элиты — все они коррумпированны, они лгут, мы не можем им доверять»
Возможно, что Великобритания пойдет по пути соглашения о свободной торговле наподобие канадского, которое также включает в себя взаимное признание стандартов производства, что немаловажно. А вот, если Соединенное Королевство скажет: «мы не хотим принимать какие либо дополнительные правила», то придется создавать технические и промышленные стандарты для сотен и тысяч областей: это был бы кошмар! Таким образом, создавая законопроект о выходе, Великобритания не будет отменять все правила — имеет смысл.
Но мы снова говорим о том, что имеет смысл, я отмечу фразу, которая вошла в обиход в последнее время «Мы вступили в постфактический мир, мир постправды, не важно, ученые, эксперты, элиты — все они коррумпированные, они лгут, мы не можем им доверять». Это чувство возникает у многих людей, они ощущают себя недопонятыми и неуверенными. И конечно СМИ все это подстегивают, они могут рассматривать только одну сторону проблемы, но население подхватит это и создаст информационную лавину. И это тоже проблема.
Да, согласен, это проблема, для российских СМИ она стоит особенно остро. Именно поэтому наше издание старается рассматривать все стороны вопроса.
Мне кажется это наиболее рациональный путь для СМИ.
В России это единственный путь, на мой взгляд.
Это как тот русский шахматист, который проиграл норвежцу на чемпионате мира. Большинство россиян наверное следило за турниром (Примечание автора: имеется в виду проигрыш Карякина Карлсену). Вы играете в шахматы 10 игр, по правилам международной шахматной федерации, и их знает каждый ребенок, и тут во время одиннадцатой партии вы решаете: «все, теперь у нас новые правила»
Если мы заговорили о России, то самый важный вопрос для нашей страны состоит в дальнейшем сотрудничестве, вы упоминали в рамках лекций о том, что Европейский союз имеет множество соглашений с различными странами, в том числе с Россией. Как Брекзит повлияет на сотрудничество между Россией и ЕС и между Россией и Великобританией?
Если честно я не знаю, есть ли значительные торговые связи и взаимные интересы между Соединенным королевством и Россией.
Думаю отношения касаются финансовых услуг, в основном.
Может быть, в некотором виде, сырья, не уверен. Для России есть смысл сначала обсудить вопрос с ЕС, а уже после перейти к переговорам с Соединенным королевством. И в этом вопросе размер имеет значение, Соединенное королевство является рынком, не обязательно даже самым большим в ЕС. Прежде чем вести переговоры с Великобританией, нужно понять как они урегулировали взаимоотношения с ЕС. Тоже самое касается ВТО.
«Торговые партнеры разумны и рациональны, они обязательно зададутся вопросом: а зачем нам это?»
Нет никакого смысла в заключении соглашения о свободной торговле, например, между Австралией и Великобританией, если вы не знаете объемы торговли и состояние таможенных барьеров между ЕС и Соединенным королевством, это не имеет никакого смысла. Таким образом Великобритания говорит: «Да, мы открыты для торговли, мы хотим заключать торговые соглашения со всеми» Но это будет довольно трудно, потому что их торговые партнеры разумны и рациональны, они обязательно зададутся вопросом: «а зачем нам это?»
Россия не будет обсуждать с Лихтенштейном те или иные вопросы, прежде чем он, в свою очередь, не обсудит эти вопросы с Германией. Так что, я думаю, что будет некоторый период неопределенности, который может длиться дольше, чем ожидалось, потому что никто не верит в стабилизацию торговых отношений в течение короткого периода после выхода.
«Если мой друг президент, я получу новую, хорошую работу»
Ну и последний вопрос, по сути у нас два абсолютно разных премьер-министра: Дэвид Кэмерон, который объявил референдум о выходе из ЕС и провел его, а теперь у нас есть Тереза Мэй, по сути произошла смена лидера, сразу после проведения референдума, правильный это шаг или нет?
Вопрос в том, что это не совсем смена, по сути там не было выбора. Решение Кэмерона уйти в отставку было обусловленно тем, что он чувствовал поражение в рамках референдума и посчитал, что должен уйти. На самом деле там были скачки между тремя предполагаемыми кандидатами: Терезой Мэй, Борисом Джонсоном и Гоувом (Примечание автора: Майкл Гоув — министр юстиций Великобритании, шотландец). Между ними и прошел внутренней отбор. Как вы знаете, Борис Джонсон был мэром Лондона, но потерял эту работу, а потом получил новую, в некоторых странах это может показаться легким: «если мой друг президент, я получу новую, хорошую работу». При этом многие считают, что именно он является лучшим кандидатом, чтобы провести людей через все препоны выхода из ЕС. В любом случае, его точка зрения базируется в основном на красноречии, при этом, в рамках выхода, есть существенные разногласия внутри страны.
Так, например, сложность представляет позиция Северной Ирландии и, конечно же, Шотландии, но нельзя просто так отказаться от устоявшихся конституционных норм ради спекуляций. Сегодня жители Соединенного королевства должны держаться друг за друга.
Автор: Александр Жигайлов
Фото: Елена Дмитриева
Благодарим за возможность проведения интервью Институт права и развития ВШЭ — Сколково Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» и Факультет права Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики»
Объявлен шорт-лист V юбилейной Премии «The Art Newspaper Russia» за самые значимые события в области искусства в пяти номинациях: «Музей года», «Выставка года», «Книга года», «Реставрация года» и «Личный вклад».
Редакция газеты «The Art Newspaper Russia» подвела итоги 2016 года и представила шорт-лист претендентов на премию, по три финалиста в каждой из пяти категорий. Этот выбор отражает независимое мнение газеты и сформирован на основе опроса редакции. Лауреаты премии получают приз работы скульптора Сергея Шеховцова – статуэтку в виде перекрещивающихся как стрелки часов лондонского Биг-Бена и Спасской башни Московского Кремля, что подчеркивает синхронизацию России с мировым художественным процессом.
Лауреаты премии станут известны вечером 2 февраля 2017 года в ходе торжественной церемонии в Центральном Манеже в Москве, а мы уже сейчас подготовили для вас серию материалов, которые расскажут подробнее о каждом из потенциальных победителей.
Начнём знакомство с претендентов на победу в номинации «Музей года» и проведём разбор, почему были выбраны именно они: Государственная Третьяковская галерея, Московский музей современного искусства и Институт русского реалистического искусства.
На звание «Музей года» Государственная Третьяковская галерея, Москва претендует «за превращение не только в лидирующий музей национального искусства, но и в место показа всего самого главного и интересного».
Очередь в ГТГ на Крымском валу, источник фото: http://www.theartnewspaper.ru/posts/2599/
Это тот случай, когда проекты музея не нуждаются в отдельном описании. Всё началось с многокилометровой очереди на выставку Серова осенью 2015 года. А далее Фёдор Рокотов, Гелий Коржёв, Иван Айвазовский… лекции, показы фильмов, танцы в музее и многое, многое другое. До сих пор не стихает ажиотаж вокруг привезённой выставки «Roma Aeterna. Шедевры Пинакотеки Ватикана. Беллини, Рафаэль, Караваджо», так что спрос на посещение Галереи, бивший все рекорды в 2016, плавно перетёк в 2017.
Второй в номинации – Московский музей современного искусства, Москва. Современность на наших глазах становится историей. «За блестящую музеефикацию новых имен и актуальных художественных практик».
Выставка в рамках программы по сбору средств на реконструкцию здания школы современного искусства ММОМА «Свободные мастерские», источник фото: aroundart.ru
Московский музей современного искусства – первый в России государственный музей, целиком специализирующийся на искусстве XX и XXI веков. С момента открытия музей многократно расширил сферу своей деятельности и получил признание широкой публики. Сегодня это один из самых активных участников художественной жизни столицы.
Музей открыл свои двери 15 декабря 1999 года при поддержке Правительства Москвы и Департамента культуры города Москвы. Основателем и директором музея стал Зураб Церетели, Президент Российской Академии художеств. Его личная коллекция, состоявшая более чем из 2000 работ известных художников XX века, положила начало музейному собранию. Позднее фонды музея значительно пополнились, и в настоящее время это одно из самых представительных собраний отечественного искусства XX столетия.
Собрание музея представляет основные этапы развития авангарда. Большая часть коллекции состоит из произведений российских авторов, однако в экспозиции есть и работы зарубежных художников: графические листы Пабло Пикассо, Фернана Леже, Хуана Миро и Джорджо де Кирико, скульптуры Сальвадора Дали, Армана и Арнальдо Помодоро, живопись Анри Руссо и Франсуазы Жило, инсталляции Юкинори Янага.
В центре коллекции музея произведения классиков русского авангарда начала ХХ столетия. Многие работы, приобретенные на аукционах и в галереях Европы и США, были возвращены на родину из за рубежа. Среди них полотна Казимира Малевича, Марка Шагала, Натальи Гончаровой и Михаила Ларионова, Аристарха Лентулова, Владимира Татлина, Павла Филонова и Василия Кандинского, скульптуры Александра Архипенко и Осипа Цадкина. Кроме того, музей гордится своим уникальным собранием работ грузинского художника-примитивиста Нико Пиросмани. Внушительный раздел экспозиции посвящён творчеству художников-нонконформистов 1960–1980-х годов: Ильи Кабакова, Анатолия Зверева, Владимира Яковлева, Владимира Немухина, Виталия Комара и Александра Меламида, Оскара Рабина, Дмитрия Краснопевцева, Леонида Шварцмана, Олега Целкова и других. Музей поддерживает развитие современного искусства в России и постоянно пополняет свою коллекцию. Сейчас в разделе актуального искусства представлены произведения Бориса Орлова, Дмитрия Александровича Пригова, Валерия Кошлякова, Владимира Дубосарского и Александра Виноградова, Олега Кулика, Виктора Пивоварова, Константина Звездочётова, Андрея Бартенева и других художников.
Обширная выставочная программа музея направлена на максимально широкую и разнообразную репрезентацию визуальной культуры XX и XXI веков. Ежегодно музей устраивает множество выставок самого разного масштаба – от дебютных показов начинающих авторов и концептуальных экспозиций до международных фестивалей и огромных ретроспектив крупных художников.
Музей развернул обширную образовательную деятельность. Здесь действует Школа современного искусства «Свободные мастерские». Двухгодичная программа обучения реализуется в конкретной практической деятельности в творческих мастерских. В программу курса входят лекции по современному искусству, изучение художественного рынка, изучение новых технологий визуальных искусств, освоение интеллектуальных проблем современной культуры. Для всех желающих проводятся лекции и мастер-классы с ведущими художниками, кураторами и исследователями искусства.
Третьим стал Институт русского реалистического искусства, Москва. К пятилетнему юбилею частный музей обновил экспозицию и усовершенствовал концепцию. «За следование высоким стандартам музейного дела и новый взгляд на русский реализм».
Источник фото: http://bg.ru
Создание музейно-выставочного комплекса началось пять лет назад. Институт русского реалистического искусства (ИРРИ) открылся в декабре 2011 года в одном из старинных корпусов бывшей ситценабивной фабрики. Художественное собрание Института по оценкам специалистов считается одной из лучших на сегодняшний день коллекций живописи национальной реалистической школы XX века.
В основе музейного фонда и первой экспозиции – частная коллекция бизнесмена Алексея Ананьева, которая начиналась как домашняя, но уже через десять лет смогла стать базой для большого музейно-выставочного комплекса. Первыми приобретенными работами стали картины «Свадьба» Юрия Кугача и «Возвращение» его сына, Михаила Кугача. Сейчас в коллекции находятся работы Гелия Коржева, Виктора Иванова, Дмитрия Жилинского, Петра Оссовского, Ефрема Зверькова, братьев Ткачевых и многие другие. В планах ИРРИ количественное и качественное расширение коллекции, запуск работы лектория, создание системы грантов для студентов художественных вузов, организация больших выставочных проектов. Чем не повод для получения награды?
Ранее лауреатами премии становились Еврейский музей и центр толерантности, Мультимедиа Арт Музей Москва, Государственный Эрмитаж и Музей современного искусства «Гараж». Учитывая, что в прошлом году Московский музей современного искусства был номинирован на звание «Музей года», но своей награды так и не получил, то можно ожидать его триумфа в этом году. Однако, конечно, Третьяковская галерея сделала то, что казалось невозможным – подняла невиданный и ни с чем не сравнимый ажиотаж вокруг практически каждой своей выставки 2016 года. Что касается Института русского реалистического искусства – он, безусловно, совершил прорыв, но в категории «Музей года» в этот раз попал в один список с тяжеловесами культурной жизни не просто столицы, но и всей страны. Каждый из музеев, бесспорно, достоин стать лучшим в своей номинации, но кто же получит награду – об этом мы расскажем вам 2 февраля.
Автор: Ксения Оленина