16 апреля в петербургском клубе «Космонавт» русская француженка Женя Любич презентует свой новый альбом «Будь, что будет». В преддверии концерта мы поговорили с певицей об особой атмосфере Санкт-Петербурга, особенностях российской публики, путешествиях и ближайших творческих планах.

В будущее воскресенье пройдёт концерт в Санкт-Петербурге, родном для вас городе. Вы здесь родились и живёте. Отличается ли выступление здесь от концертов в других российских городах? В Петербурге проще, легче, уютнее?

Мои концерты в Петербурге – это другое измерение. Город, который влюбляется не сразу, очень постепенно, он проверяет тебя на прочность, он долго присматривается, приглядывается. Здесь публика иногда кажется холодной, не очень отзывчивой, но это стадия, которую, наверное, нужно пройти. Зато потом, когда публика начинает реагировать очень сердечно, душевно на творчество, то это чудо –  это момент солнца в дождливом Питере. Поэтому я очень люблю выступать в своём родном городе, ведь я знаю, чего здесь стоят эти светлые вибрации и эта отзывчивость. Она нарабатывается годами. Мне приятно, что сегодня я могу с уверенностью сказать, что Петербург меня принимает, и у нас  любовь взаимная!

В общем, публику в Петербурге нужно заслужить?

Да, петербуржцы не умеют реагировать поверхностно. И самое главное — глубина этого чувства. Оно формируется временем, делами, словами, песнями.

«У города моего знаменитые белые ночи, но при этом здесь чёрные, серые дни»

Так, как в Питере люди ждут этого солнца, не ждут, наверное, нигде. Мне кажется, что когда света мало вокруг, то возникает необходимость искать его где-то внутри, находить и транслировать. И в этом особенность моего Питера.

Вы много выступали в Европе, в Америке. Там публика и атмосфера отличаются от российских? И петербургских, в частности?

Первым делом я бы сказала, что у разных артистов и концертов разная публика… Например, если мы говорим о поп-музыке, которая есть и тут, и там, то это одна категория зрителей, если мы говорим о направлении в стиле «singer-song-writer», то это совершенно другая история… Я себя, если что, причисляю ко второй, или, как говорят некоторые, – это такой «интеллигентный рок», и поклонники этого жанра, по большому счету, похожи. И там, и там важны и форма, и содержание, но, пожалуй, Запад отдает большее предпочтение форме, а российская аудитория – содержанию. Когда я жила и работала во Франции с группой Nouvelle Vaguе, я училась там внимательному отношению к форме, к тому, что любая песня – это все равно перформанс, если ты стоишь на сцене.

А в каких городах вам хотелось бы ещё выступить?

У меня очень плотный концертный график, и приходится много путешествовать — так определяются точки на карте моих маршрутов. Меня эта формула очень устраивает. По сути, не нужно мечтать, где бы я хотела побывать, потому что это происходит само собой. Например, я была в потрясающем месте под названием Алезунд. Это остров в Норвегии. Там невероятной красоты фьорды и облака. Могла ли я предположить, что я там буду? Да я даже не знала, что это место вообще существует. Но так уж сложилось, что жизнь забрасывает меня в самые разные уголки планеты, не оставляя шанса даже подумать над тем, куда бы мне ещё хотелось поехать.

«Реальность как будто предугадывает мои мечты….»

В Петербурге вы представляете свой альбом «Будь, что будет». Это первый альбом, который сделан в России, а не за границей. А чем он ещё отличается от предыдущих?

«Будь, что будет» – это мой третий по счету альбом. А два моих первых сольных альбома были записаны во Франции, в Париже, с французскими музыкантами. Первый — «C’estlavie» — вышел в 2011 году. Второй вышел в 2015 году, и песня «Азбука Морзе» дала ему название. Обе пластинки очень камерные, личные, где-то спокойные, тихие, интимные. Отчасти так сложилось, потому что песни для них отбирал продюсер группы «Nouvelle Vague» Марк Коллин, таковы были его предпочтения, и это был его выбор. В итоге у многих сложилось впечатление, что я исключительно лиричный, меланхоличный, грустный в чем-то персонаж, пою песни о несчастной любви. На деле же это не совсем так. На концертах можно увидеть и услышать, что я очень разная: мне свойственны не только лиричные настроения, но и динамика, и драйв, и рок-н-ролл, и панк-рок, и регги, и что-то веселое и беззаботное. В песнях это тоже есть. Альбом «Будь, что будет» как раз представляет собой трек-лист, который на этот раз я составила сама. Там осталась, конечно, какая-то доля романтики, лирики, но и ноты радости и драйва теперь тоже звучат!

Кто слушает Женю Любич? Можно ли набросать какой-то портрет вашей аудитории?

Я, бывает, вижу людей, которые приходят на мои концерты чуть ли не с грудными детьми. Лично мне кажется, что это, может быть, и рановато для младенцев, но, похоже, их родители так не считают. Также я встречаю на своих концертах и очень взрослых людей. А потом часто выясняется, что это они привели своих детей и внуков на мое выступление. То есть, если говорить о портрете моей аудитории, то это скорее «семейный портрет в интерьере». Иногда я нахожу своего слушателя и там, где я не ожидала. Вот, например, однажды мы выступали на фестивале «Нашествие». У меня музыка совсем другого формата – все-таки мы не играем тяжёлый рок. И для меня было удивительно, когда на мой сольный концерт уже после фестиваля пришла огромная компания людей, которые меня услышали на «Нашествии» и стали моими поклонниками. Я думаю, что моя аудитория находится ещё в развитии, формировании. И я уверена, что ее границы и дальше будут расширяться.

Вы играете, пишете песни, поёте. А что было первым: сначала пришли слова, заиграли руки, или запел голос?

Сначала я писала песни на стихи разных поэтов. То есть, я читала стихотворение, которое нам задавали в школе, например, и мне приходили мелодии к строчкам. А со временем я стала писать свои тексты. Иногда музыка появляется первой, и она требует каких-то слов; иногда приходят слова, и они диктуют мотив. Бывает даже, что песня может мне просто присниться. Моё дело тогда –  проснуться и её записать.

А в каком возрасте вы начали писать свои собственные песни?

Лет в 8, думаю, стали появляться те самые первые песни на стихи поэтов. А вот где-то в 12-14 я стала писать свои собственные тексты, помимо мелодий.

Вы учились в Бард Колледже, верно?

Я училась в Смольном институте свободных искусств и наук СПбГУ. А Бард Колледж связан со Смольным, поскольку там одна и та же система образования: особый формат, при котором предметы можно выбирать. То, что выбирала я, всегда было связано с музыкой.

Почему вы решили туда поступить? Ведь факультет свободных искусств и наук носит репутацию чего-то непонятного. Многие и сейчас не представляют, что там происходит.

Да, на тот момент, когда я поступала в Смольный, это было абсолютно ново. По большому счёту, сплошной риск. Я не знала, что будет, и чего ждать. Мне хотелось свободы выбора и чего-то интересного. И интуиция подсказала, что мне туда… В принципе, в то время я занималась классическим вокалом и думала даже поступать в консерваторию. Но уже тогда я понимала, что мои песни – это хобби, а они требовали совсем другой, не классической вокальной подачи. И я понимала, что мне нужен профессиональный навык, который помог бы мне грамотно обращаться со своими песнями, со своим голосом, со словом. А в Смольном было такое сочетание: филология и музыка, две сферы моих интересов. Вышло так же, как с городами: в итоге оказалось, что судьба лучше меня знала, что мне нужно, и что для меня хорошо.

Помимо Смольного, вы учились в Бард Колледже в Америке, тоже активно занимались музыкой. Чем обучение в Америке отличается от российского? В России пишется, играется по-другому? Или место не имеет значения?

Можно сказать, что техническая сторона вопроса не сильно отличается, но подход и умение из этой техники творить искусство в Европе, Америке развиты больше, чем в России, как мне видится. В этом смысле я чувствую себя здесь таким космонавтом, первооткрывателем (смеётся). Когда ты находишься на Западе, ты уже едешь по накатанным рельсам, по проложенному до тебя пути, который известен и очевиден. В России эта стезя пока еще не очень мной пройдена, но так даже, возможно, и интереснее.

При этом собственно творческий импульс, на мой взгляд, не зависит от того, где ты находишься. Ты можешь и в закрытой комнате увидеть открытый космос. И написать об этом песню. Или песня может тебя переносить в этот космос. В то же время, находясь в каком-то удивительном месте, можно не написать ни строчки. От чего зависят эти вещи? Наверное, это какие-то загадочные материи, у которых нет точного алгоритма.  Это тайна.

В 2014 году вы выпустили пластинку «Russian girl». Почему вдруг винил? Вы сами слушаете пластинки?

Да, у меня есть виниловый проигрыватель. Мне кажется, помимо звуков, пластинки несут в себе определенную музыкальную эстетику. Это особая культура звука, очень тёплого, аутентичного, если хотите. Для меня было важно, чтобы моя музыка появилась и на живых, виниловых пластинках.

Какая музыка вас обычно вдохновляет? Что бы вы посоветовали послушать?

Если называть имена, то это Joni Mitchell, Feist, Kings of Convenience. Это мои ориентиры. Кстати, если говорить о моей новой пластинке «Будь, что будет», то здесь ориентирами во многом были группы «Кино» и «Аквариум». Для меня они звучат очень современно и актуально: они создавали петербургский стиль, свой саунд, свои музыкальные традиции, продолжателем которых я себя считаю, как бы нескромно это ни звучало.

 Какой ваш любимый музыкальный фестиваль любого уровня, российского или мирового?

Мне очень нравится российский фестиваль «Усадьба Jazz». По-моему, это очень интеллигентный фестиваль, рассчитанный на тех людей, которые действительно любят музыку, любят её слушать. Если говорить о европейских фестивалях, то это фестиваль «Les Francofolies», который проходит во франкоговорящих странах. Я принимала в нём участие в составе группы «Nouvelle Vague». Проходил этот фестиваль во Франции, Бельгии и Канаде.

Вы много ездили по миру: учились, работали. А как вы любите путешествовать: заранее выстраивая маршрут или наугад?

Как правило, мои лучшие путешествия случались спонтанно. Поэтому я их не особенно планирую заранее. Скорее, поездки находят меня сами. Вот, например, недавно я подружилась с клубом путешествий Михаила Кожухова. И два направления, которые мне доверили ребята, — это Париж и Санкт-Петербург. Я выступаю в этом проекте, как душа компании, рассказываю группе путешественников об этих городах и делюсь своим восприятием: субъективным, очень личным и музыкальным. Я стараюсь передавать свой взгляд. И даже когда я просто гуляю по Питеру –это тоже маленькое путешествие. Казалась бы, ну чем он меня может удивить? А он продолжает удивлять! Неожиданными поворотами, перекрестками…. Они открываются вновь и вновь…

Я знаю, что вы занимаетесь раздельным сбором мусора. В одном интервью вы сказали, что у вас вызывает негодование то, что в нашей стране не думают о завтрашнем дне, и в правительстве это не решается, а «РазДельный сбор» вас успокаивает и снимает чувство негодования от бездействия.

В этом моя активная позиция. Мы научились строить заводы, летать в космос и многое другое. Но мы не научились убирать за собой… Мне было решительно непонятно, с чего начинать, за что браться, кому писать, куда бежать?  И я решила начать с себя и увидела, что я не одна, что есть люди, которые тоже думают о чистоте города, страны, планеты, в конце концов. Когда мы объединяемся, что-то получается. Каждую первую субботу месяца во всех районах Санкт-Петербурга проводится акция «РазДельный Сбор». На нее можно принести разделённый мусор: пластиковый, жестяной, стеклянный, бумажный. Всё должно быть чистым, потом мусор отправится на переработку, а не в лес и не на полигон, что важно. Такая активная позиция способна сделать гораздо больше, чем любое негодование.

Почему именно «РазДельный Сбор»? Как вы к нему пришли, как нашли?

Случайно. Когда ты что-то начинаешь делать, о чём-то думать, то мысли начинают материализовываться, и вокруг появляются двери, которые, казалось, были закрыты, но они вдруг открываются сами собой… Неожиданно я узнала, что существует вот такая организация, и это оказалось каким-то решением, первым этапом..

Недавно Александр Сокуров (знаю, что вы с ним знакомы ещё с детства) довольно критично высказался в сторону власти на кинопремии «Ника» по поводу митингов и политзаключённых. Как вы в целом относитесь к политике? Вы поддерживаете его позицию?

Моя позиция в этом вопросе довольно жесткая. Я стою в стороне от политики и от каких-либо тем, с этим связанных. Сейчас я вижу, что политика многих разъединяет. Это поле вражды и борьбы.

«Я пишу песни, и это для меня любовь»

Свои песни, свои концерты я воспринимаю как активные действия мира, которые противостоят любой вражде, борьбе, страху и конфликтам.

Не могу не задать вопрос всех вопросов. Каковы ваши творческие планы?

 Главный план – 16 апреля, концерт в клубе «Космонавт» и презентация  там моего нового альбома «Будь, что будет». Перед нами стоит большая задача, очень много направлений подготовки задействовано. Помимо традиционного звучания, которое в моём проекте представляют барабанщик Руслан Гаджимурадов, басист Дмитрий Турьев, гитарист Павел Илюшин, к нам будут присоединяться музыканты, которые сыграют на довольно неординарных и необычных инструментах: на кельтской арфе, флейте, а также на созданных ими собственноручно кристальных арфах. Также с нами сыграет группа Neon Lights (Макс Хаген и Евгений Лазаренко) на электронных синтезаторах. Кроме того, планируются песенные дуэты: Илья Разин из «Полюсов» споёт со мной одну из своих лиричных композиций, а вместе с Евгением Кубыниным из группы «Зима всегда» я исполню романтический трек в акустике. Помимо песенных дуэтов, планируется ещё и мой танцевальный дуэт с артистом театра балета Бориса Эйфмана Антоном Лабунскасом. Этот танец мы сейчас репетируем. Фактически, он будет представлен впервые, и он не очень простой, но я думаю, тем интереснее зрителям будет прийти и увидеть, что получилось. У нас также будут авторские видеоинсталляции, созданные именно для этого концерта. В общем, это будет не просто концерт, а некое новое шоу, которым я с радостью собираюсь поделиться. Также порадую печатными изданиями альбома «Будь, что будет». После концерта зрители смогут приобрести диск с автографом и заслушать его до дыр впоследствии (смеётся). Вот и все мои планы на сегодняшний день.

 Автор: Мария Погодина
Фотограф: Андрей Мишуров

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.