В следующем году группе «Пилот» исполняется 20 лет. О том, через какие изменения пришлось пройти группе за это время, о критике и любви поклонников мы поговорили с Ильей Чёртом, вокалистом.

ilya_chyort

«Я – человек дороги, «передаём за проезд!»

Что помогает вам справляться с тоской по дому, когда вы выезжаете на гастроли?

Я не скучаю по стенам, ибо не привязан к какому-либо месту по жизни.  Видимо, гостиничные коридоры,  коридоры в поездах и проходы промеж кресел в самолетах таки выбили из меня ощущение стабильности местоприложения «оклжп».  Двадцать  лет гастролей и духовных практик по отречению сделали свое дело. Скорее, я скучаю по своим домашним. Поэтому мы просто созваниваемся ежедневно и рассказываем друг другу, как прошёл день. У нас, таким образом, ежедневно проходит  психологическая динамическая группа на двоих. Как доченька подрастёт, мы включим её в состав.

А если сравнить с самым началом пути: как изменились чувства от расставания с родным городом?

Я всегда был двойственным человеком в данном вопросе. С одной стороны, мне всегда было тяжело сорваться с насиженного места и привычных обстоятельств, где я уже обложился банульками со вкуснятиной  да обустроился возле теплой батареи.  Но, стоило мне выйти за порог, как это чувство исчезало, и я мобилизировался, словно разведчик в тылу врага. С другой стороны, я никогда не чувствовал себя дома после того, как уехал из квартиры, где я вырос в детстве. Даже во сне всю жизнь я вижу только одну эту квартиру, которой, собственно, уже и нет давно на свете.  Так что я – во всех смыслах – человек дороги,  «передаём за проезд!».

Что вы испытываете, покидая Россию? Вообще, любите путешествовать, или времени на культурный отдых почти не остается? 

Прекрасно понимая, что жить в России  — это уже более чем непросто само по себе, но таки я привык. А потому, выезжая на чужбинушку, испытываю некоторое опасение в собственной выживаемости. То бишь  юмора тамошнего не просекаешь, язык знаешь плохо, а потому неизвестно, чего там этот субъект гражданской наружности про тебя сказал втихаря на ухо соседу. В нос обидчику посреди улицы не дашь — сразу в полицию загребут.  Бутылка молока в магазине стоит  — как у нас пол литра коньяка. В общем, дикари. Посему для меня отдых – это отсутствие цивилизации, я ищу места, где не любит ступать нога человека. Да и демократичность мне не по душе, когда ответ не с кого спрашивать. А без конкретного батьки-командира – что за корабль? Так, шарахаются по волнам бытия суматошно и без цели.

«Пилот» на сцене, фото: Ксения Плясункова

«Пилот» на сцене, фото: Ксения Плясункова

«Теперь позволяю себе забывать слова песен прямо на концерте»

Не так давно вы объявили праздничный концертный тур, «Двадцатничек». Как на вас сказывается «зрелость», кроме того, что теперь вы можете писать более осмысленные и даже взрослые тексты?

Я вроде бессмыслицей никогда не страдал в плане вербального общения с публикой, вы меня с рокопопсами гламурными не путайте.  Я ещё в юности крайней своей не единожды в переулках по зубам получал за мудреные разговоры о вселенной, астрофизике и морально-нравственных стандартах.  Зрелость артиста на меня, конечно, оказала влияние, кривить душой не стану. Я перестал быть идеалистом, разочаровался в человеческих стимулах цивилизации, больше не доверяю малознакомым людям и перестал употреблять в пищу сахар и выпечку. И окончательно утвердился в том, что алкоголь – для испуганных жизнью слабаков, а потому  подсел на чистую воду. Видите? – Я тот ещё тип.

«Пилот» на сцене, фото: Ксения Плясункова

«Пилот» на сцене, фото: Ксения Плясункова

На новом альбоме есть песни, которые вы написали очень давно. Осталось ли еще что-то в ящике, или вы вытащили абсолютно всё?

Вы только что подкинули мне идею ещё раз и поглубже закопаться в укромных уголках этих самых ящиков. Столько по углам всяких пописюшек, заметок в каракулях,  недосказанностей и неприличных намёков, что никогда не знаешь, где что на тебя нападет из-за угла и укусит. Вы мою статью про «могучие кучки как самостоятельный объект бытия в ограниченном пространстве квартиры» не читали?  Там всё про это подробно, и, кстати, тираж неплохо распродался.

За столько лет ваш стиль сильно изменился. Бывало ли такое, что вы слушали только что написанную песню, качали головой и говорили: «Нет, это на нас совсем не похоже»?

Да я сам на себя не похож ни в раз! Вот смотрю на себя в зеркало всю свою сознательную жизнь и понимаю – ну ведь точно это – не я!! А уж ранним утром и вовсе сомнения пропадают. Кто этот бородатый геолог с иудейским носом и диссидентским взглядом умного человека? Нет, и в паспорт нечего глядеть. Потому и песни у меня такие – швыряет нас с ними по всея загогулинам воображений, где мы сами себе аморально и безобразно изменяем стилистически. За двадцать лет написано уж пятнадцать номерных пластинок группы «Пилот», да и ещё сольных моих альбомов целых три али четыре штуки – и поверить невозможно!- все они разные и друг на друга не похожие, словно дети радистки Кати, которая на дальнем кордоне служит в пограничниках промеж  Китая и Сибири.

В прошлом году вы назвали тур «Пилотуженетот», в этом – «Докатились». Неужели всё так плохо, и в вас не осталось ничего от молодого и неопытного «Пилота»?

Мало того! Вообще ничего не осталось от тщательно  заложенного в нас комсомольскими песнями  и обещаниями скорого коммунизма для всея народов планеты нашей необъятной.  Мы давно уже всё поняли и убедились в том, что дед Мороз всё ж таки есть и ещё каков!  В бороде появились седые завитки (не у деда Мороза, а у меня, у него-то по жизни с этим всегда было в порядке),  избороздился извилинами мозг, лоб наморщился мыслями, а в руках появилась уверенность в прямом в челюсть.  Неопытность во всех аспектах жизни осталась позади, особенно после гастрольной ночевки в женском общежитии в Самаре году эдак в 2003. Мы окончательно докатились до состояния убедительного профессионализма и высоких стандартов качества во всём, что касается группы «Пилот». Поэтому теперь позволяю себе иногда забывать слова песен прямо на концерте…

«Дорогу мы не пробивали, ибо непонятно было, а где вообще эта дорога?»

Очень часто творческие люди в самом начале своего пути находятся в поисках своего стиля, пробуют подражать различным музыкантам или просто вдохновляются ими. Оглядываясь назад, можете ли вы сказать такое о себе? Вы подражали или пробивали свою дорогу?

Мы всерьёз озаботились достижениями на поприще рок-н-ролла в начале 90-х годов. В то время вообще всем было ни до чего.  Кушать было нечего, в прямом буквальном смысле. И будущего не было никакого, как в известной песне группы «Sex Pistols». Поэтому мы понимали:  что бы мы ни делали – надеяться нам не на что. А потому просто забили болт на всё, плюнули с колокольни, послали в баню, отправили до фонаря и играли, что хотели.  Хотя…  в то время нам нравилась грандж-музыка, и, соответственно, исполнители, игравшие в этом направлении. Но учитывая, что все они жили быстро, ярко и недолго,  последние ориентиры вскоре были потеряны, и наша «Черная Каракатица» вывалилась в свободное анархическое плавание по волнам рок-н-ролла. Так что  дорогу мы не пробивали, ибо непонятно было напрочь, а где вообще эта дорога, и когда выйдут из запоя Штурман, Боцман и Кацман?!

Есть ли в российской музыке исполнители, чьим творчеством вы сейчас вдохновляетесь? А за рубежом?

Я наградил званием «мой Учитель в рок-музыке» четырёх человек. Это Эл Йоргенсен (группа «Ministry»),  за сим Трент Резнор (группа «Nine Inch Nails»), затем Фил Ансельмо (группа «Pantera») и Майк Паттон (Группа «Faith No More»).  Из российских музыкантов есть весьма малое количество личностей, за чьим творчеством я внимательно наблюдаю, испытывая глубокую симпатию к их творчеству, и это: Женя Фёдоров («Текиладжаззз «и «Зорге»),  Дима Бурдин («Нихау»),  Василий К. («Интеллигенты»),  Паша Пиковский («Хьюго»),  Антон Пух («F.P.G.») и Лена Носова («Ветер всем»).  Эти личности находятся в приоритете в  моем личном чарте. Пока что.

Илья Чёрт на сцене, фото из архивов группы «Пилот»

Илья Чёрт на сцене, фото из архивов группы «Пилот»

Как справляетесь с музыкальной критикой? Никогда не хотелось какого-нибудь заумного критика стукнуть гитарой, чтобы выбить из него всю глупость?

Я просто отвечаю всем критикам: «Сделай лучше или иди домой!». Но если тявканье продолжается, то я с улыбкой вспоминаю свою любимую по жизни узбекскую поговорку: «Собака лает. Караван идёт». Среди узбеков есть немало мудрых людей, дай им Бог здоровья.

«Мы стали полноценной семейной рок-группой»

Есть ли у группы поклонники, которые были с вами с самого начала и остаются рядом по сей день? Не считая семьи, близких людей и команды, конечно же.

Да, есть такие. Теперь они ходят к нам на концерты уже со своими детьми, и их дети берут у нас автографы.  Мы стали полноценной семейной рок-группой.  Порой мы видим в зале в полном составе всю семью – бабушка али дедушка, родители, дети и внуки. И все в наших футболках.  Я лично счастлив, когда вижу такое. Для меня это показатель, что мы ведём  корабль в верном направлении. Но всё-таки где же этот Штурман? А Кацман?…

Насколько важно для такой масштабной, как ваша, группы, поддерживать связь с поклонниками?

Мы не поддерживаем тесной связи. Я ведь женат! (Смеётся) Когда было на то время и возможность, я переписывался с поклонниками по почте, аж десять лет кряду. Но теперь я – взрослый мужичок, у меня семья, дети, статус, ответственность, заботушки,  ушатанное  на службе здоровье, обязанности, священный долг перед Богом и отчизной, так что… не до разговоров «за жисть» стало. Иногда оставляю комментарии на странице нашей ВКонтакте, не более.

«Пилот» с поклонниками, фото из архивов группы

«Пилот» с поклонниками, фото из архивов группы

Как поклонник может вызвать у вас чувство безграничного счастья, от которого всё ваше творчество не кажется бессмысленным? 

Когда кто-либо подходит ко мне и спрашивает «Илья, как я могу отблагодарить тебя? Что я могу сделать для тебя?» — я всегда отвечаю одно, и оно есть для меня самое важное: – «Стань Истинным Мастером своего Дела, чтоб Золотые Руки,  не иначе, и при этом оставайся примером мудрости, порядочности и чести для всех! Вот только это единственное и будет для меня твоим самым лучшим подарком. А всё остальное —  смотри, не перепутай – детям мороженое, бабе цветы!»

Если бы вы могли написать письмо самому себе в прошлое, что бы вы пожелали, о чем предупредили?

Я бы написал себе: «Не трать время на пустую хрень, но слушай внимательно  своего духовного Учителя,  делай, что он говорит, и всё своё время трать на духовную практику и самодисциплину, ибо остальное – просто самовлюблённый бред сивых кобыл, которым тебя кормит бесячий морок, высасывая твои силы и время!»

А если бы вам тогда сказали, что в будущем вы с группой будете праздновать двадцатилетие, то как бы отреагировали? Не у многих получается достичь такой даты, это очень здорово.

Да я и сейчас в это не верю. Ибо мой врач мне сказала 20 лет назад, что мне осталось жить полгода. Поэтому у меня до сих пор постоянно крутится в голове вопрос: « А может, мне всё это только видится? Может, это всё мне кажется? Может, мир не реален? Это просто сон, и я уже давно умер?». И с каждым прожитым годом ответы на эти вопросы становятся в моем сердце всё больше положительными и утвердительными, мол, да, Илюша, так оно всё и есть.  Двадцать лет… тридцать лет… сто пятьдесят лет… миллион лет…  — ты вечен,  стало быть, какая разница?  Делай что должен, остальное доверь Богу.  Не парься,  будь счастлив!

Автор: Анастасия Гастин

Фото предоставлены интервьюируемым

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.