Автор

Александр Жигайлов

 

«Какая игра, какая игра, — сказал скрипач, бережно закрывая ящик. –

Комбинации как мелодии. Я понимаете ли, просто слышу ходы»

В. Набоков,  «Защита Лужина»

В последние дни средства массовой информации активно обсуждают план по выходу Соединенного Королевства из ЕС, предложенный Терезой Мэй, многие уже окрестили его «жестким Брекзитом» или «самоубийственным планом выхода». Мы обсудили с бывшим главой кафедры «международного экономического права и международных организаций» Лондонской Школы Экономики и профессором Венского Университета и Венской Дипломатической Академии Фридлом Вайссом пути взаимодействия между ЕС и Великобританией после Брекзита.

Сегодня мы столкнулись с новой реальностью, миром после Брекзита, конечно, наиболее важный вопрос сейчас: есть ли хоть какая-то возможность у Соединенного Королевства остаться в Европейском союзе? 

Вы предлагаете мне представить подобный вариант развития событий, хорошо, на данный момент это выглядит крайне маловероятным. Сейчас Тереза Мэй, премьер-министр Великобритании, неустанно повторяет: «Мы обязаны исполнять волю народу». Конечно, она знает о существующих проблемах, и это не только непосредственно процесс выхода Соединенного Королевства из ЕС, но и тот факт, что около половины страны, в частности Лондон, активно выступает против Брекзита. Кроме того, большинство экономических прогнозов говорит о том, что экономике будет нанесен существенный ущерб и это, однозначно, будет период спада для Великобритании. И хотя спад может проходить плавно, в течение определенного времени, Тереза Мэй все равно понимает его неизбежность и может даже прислушивается к некоторым идеям о том, как обойти это «обязательство перед народом».

«Люди злятся, люди расстроены, им кажется, что они теряют позиции в игре под названием «глобализация», и на этом фоне хорошо бы обвинить во всем Европейский союз»

Вы знаете, на самом деле, люди злятся, люди расстроены, им кажется, что они теряют позиции в игре под названием «глобализация», и на этом фоне хорошо бы обвинить во всем Европейский союз. Всегда так, вам нужен враг, хоть где-то, но со временем люди начинают успокаиваться, многие из них даже становятся рациональными и приходят к тому самому вуду экономики, или экономике в общем понимании этого слово. Несмотря на это прямой ответ на вопрос таков: в данный момент возможность избежать Брекзита выглядит крайне маловероятной. Но, я думаю, вы знаете, в политике может случиться что угодно.

Хорошо, в таком случае, если это маловероятно, есть ли у правительства Терезы Мэй некоторое идеальное представление о будущем взаимодействии между Соединенным Королевством и Европейским союзом после Брекзита? На чем будут базироваться эти новые механизмы взаимодействия? 

Если вы спрашиваете о будущих взаимоотношениях, то Великобритания хочет получать выгоды от торговли, безусловно, но не хочет свободного передвижения рабочей силы. Хотя, не стоит забывать, что Великобритания получает существенные выгоды от иностранной рабочей силы, как минимум от миллиона приехавших к ним польских рабочих.  Так что сейчас трудно найти форму сотрудничества, которая позволит Европейскому Союзу поддержать свою целостность и при этом удовлетворит желания Соединенного Королевства.

К разговору о целостности, есть ли на текущий момент взаимопонимание между разным европейскими странами по вопросу Брекзита, или нет никакого консенсуса: каким-то странам это выгодно, каким-то нет?

Я не думаю, что это может быть выгодно хотя бы для одной страны, в любом случае, это проигрышная партия для всех. При этом, с политической точки зрения, давать задний ход в нынешней ситуации совершенно иррационально. Раньше мы говорили о том, что экономика превосходит все, но сейчас все козыри в руках политики. Имеет это смысл или нет, мы руководствуемся именно этим.

А так, конечно, у разных стран разные интересы. Правда на текущий момент сложно понять какие именно, например, Румыния и Болгария, а также Польша, могут принять отказ от основных четырех свобод (Примечание автора: 1. Свобода движения товаров 2. Свобода движение рабочей силы 3. Право предоставлять услуги 4. Свобода движения капитала).  И я говорю «да» это нормальная позиция, для людей экспорт рабочей силы это основное, и нужно дать людям  эту возможность. Но, возможно, есть компромиссы.  Например, они могу прийти к некоторому пониманию того, что не существует единой перспективы взаимодействия для всех. Несмотря на это, кажется, что на текущий момент для Европейского союза создать такую систему нелегко. Во многом потому, что сейчас проходят выборы. Европейские лидеры не хотят, чтобы переговоры по Брекзиту проходили слишком легко,  это может существенно повлиять на их политическую карьеру.

В своих лекциях вы рассказали о нескольких моделях перспективного сотрудничества, какая из них кажется вам наиболее реалистичной в настоящий момент? 

Вы снова просите меня заглянуть в хрустальный шар. Соединенное королевство хочет достичь определенных целей: «Мы не хотим платить, мы хотим наши собственные законы, а не законы ЕС, и мы хотим быть открытыми для свободной торговли с кем бы то ни было, в том числе с ЕС». При этом, возникает вопрос касательно ВТО, потому что, в рамках выхода Великобритании из ЕС, сложно вести переговоры о дальнейшем сотрудничестве в ВТО. В ВТО подобные переговоры проходят очень медленно, особенно, когда есть 164 страны-члена, которым необходимо прийти к консенсусу, в котором некоторые могут быть не уверены, а некоторые и вовсе не заинтересованы.

«Мы вступили в постфактический мир, мир  постправды, не важно, ученые, эксперты, элиты — все они коррумпированны, они лгут, мы не можем им доверять»

Возможно, что Великобритания пойдет по пути соглашения о свободной торговле наподобие канадского, которое также включает в себя взаимное признание стандартов производства, что немаловажно. А вот, если Соединенное Королевство скажет: «мы не хотим принимать какие либо дополнительные правила», то придется создавать технические и промышленные стандарты для сотен и тысяч областей: это был бы кошмар! Таким образом, создавая законопроект о выходе, Великобритания не будет отменять все правила — имеет смысл.

Но мы снова говорим о том, что имеет смысл, я отмечу фразу, которая вошла в обиход в последнее время «Мы вступили в постфактический мир, мир  постправды, не важно, ученые, эксперты, элиты — все они коррумпированные, они лгут, мы не можем им доверять». Это чувство возникает у многих людей, они ощущают себя недопонятыми и неуверенными. И конечно СМИ все это  подстегивают, они могут рассматривать только одну сторону проблемы, но население подхватит это и создаст информационную лавину. И это тоже проблема.

Да, согласен, это проблема, для российских СМИ она стоит особенно остро. Именно поэтому наше издание старается рассматривать все стороны вопроса. 

Мне кажется это наиболее рациональный путь для СМИ.

В России это единственный путь, на мой взгляд. 

Это как тот русский шахматист, который проиграл норвежцу на чемпионате мира. Большинство россиян наверное следило за турниром (Примечание автора: имеется в виду проигрыш Карякина Карлсену). Вы играете в шахматы 10 игр, по правилам международной шахматной федерации, и их знает каждый ребенок, и тут во время одиннадцатой партии вы решаете: «все, теперь у нас новые правила»

Если мы заговорили о России, то самый важный вопрос для нашей страны состоит в дальнейшем сотрудничестве, вы упоминали в рамках лекций о том, что Европейский союз имеет множество соглашений с различными странами, в том числе с Россией. Как Брекзит повлияет на сотрудничество между Россией и ЕС и между Россией и Великобританией? 

Если честно я не знаю, есть ли значительные торговые связи и взаимные интересы между Соединенным королевством и Россией.

Думаю отношения касаются финансовых услуг, в основном. 

Может быть, в некотором виде, сырья, не уверен. Для России есть смысл сначала обсудить вопрос с ЕС, а уже после перейти к переговорам с Соединенным королевством. И в этом вопросе размер имеет значение, Соединенное королевство является рынком, не обязательно даже самым большим в ЕС. Прежде чем вести переговоры с Великобританией, нужно понять как они урегулировали взаимоотношения с ЕС. Тоже самое касается ВТО.

«Торговые партнеры разумны и рациональны, они обязательно зададутся вопросом: а зачем нам это?»

Нет никакого смысла в заключении соглашения о свободной торговле, например, между Австралией и Великобританией, если вы не знаете объемы торговли и состояние таможенных барьеров между ЕС и Соединенным королевством, это не имеет никакого смысла. Таким образом Великобритания говорит: «Да, мы открыты для торговли, мы хотим заключать торговые соглашения со всеми» Но это будет довольно трудно, потому что их торговые партнеры разумны и рациональны, они обязательно зададутся вопросом: «а зачем нам это?»

Россия не будет обсуждать с Лихтенштейном те или иные вопросы, прежде чем он, в свою очередь, не обсудит эти вопросы с Германией. Так что, я думаю, что будет некоторый период неопределенности, который может длиться дольше, чем ожидалось, потому что никто не верит в стабилизацию торговых отношений в течение короткого периода после выхода.

«Если мой друг президент, я получу новую, хорошую работу»

Ну и последний вопрос, по сути у нас два абсолютно разных премьер-министра: Дэвид Кэмерон, который объявил референдум о выходе из ЕС и провел его, а теперь у нас есть Тереза Мэй, по сути произошла смена лидера, сразу после проведения референдума, правильный это шаг или нет? 

Вопрос в том, что это не совсем смена, по сути там не было выбора. Решение Кэмерона уйти в отставку было обусловленно тем, что он чувствовал поражение в рамках референдума и посчитал, что должен уйти. На самом деле там были скачки между тремя предполагаемыми кандидатами: Терезой Мэй, Борисом Джонсоном и Гоувом (Примечание автора: Майкл Гоув — министр юстиций Великобритании, шотландец). Между ними и прошел внутренней отбор. Как вы знаете, Борис Джонсон был мэром Лондона, но потерял эту работу, а потом получил новую, в некоторых странах это может показаться легким: «если мой друг президент, я получу новую, хорошую работу». При этом многие считают, что именно он является лучшим кандидатом, чтобы провести людей через все препоны выхода из ЕС.  В любом случае, его точка зрения базируется в основном на красноречии, при этом, в рамках выхода, есть существенные разногласия внутри страны.

Так, например, сложность представляет позиция Северной Ирландии и, конечно же, Шотландии, но нельзя просто так отказаться от устоявшихся конституционных норм ради спекуляций. Сегодня жители Соединенного королевства должны держаться друг за друга.

Автор: Александр Жигайлов

Фото: Елена Дмитриева

Благодарим за возможность проведения интервью Институт права и развития ВШЭ — Сколково Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» и Факультет права Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики»

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.