И хотя картина показывалась на фестивале с названием «Новое британского кино», ничего нового ровным счетом в нем нет. Моя коллега в своем обзоре «Кристофера Робина» мельком заметила, что фильм способен вытащить из глубины души неведомые чувства. Но похоже, что это непреложное правило британских кинематографистов: и история про создателей Винни-Пуха, и история про инвалида одинаково извлекают из зрителя неподдельные эмоции ровно так же, как и Шекспир четыре века назад.

«В душе я танцую», «1+1» и «Дыши ради нас»

История не нова, и каждый режиссер ее готов подать по-разному, но всегда с долей иронии или юмора. «В душе я танцую»: главного героя окружала достаточно дружественная атмосфера, в которой зритель принимал героя таким, каков он есть. В «1+1» зритель и вовсе забывал про то, что Филипп инвалид, а Эдрис после полета на парашюте саркастически отмечал: «Где паралитик? Там, где ты его оставил.» Однако национальный колорит и менталитет не дают ни французскому, ни американскому кинематографам взять и вывернуть наизнанку душу страдающего человека, сфокусироваться на его боли без прикрас.

Кадр из фильма «А в душе я танцую»

Кадр из фильма «1+1»

Тут на арену врывается Энди Серкис в стиле превью к сериалам BBC «The Original British Drama» и решает рассказать о том, что такое действительно тяжелая жизнь, и как с ней пытался справиться Робин Кавендиш (Эндрю Гарфилд), реально существовавший человек, который провел больше 20 лет на аппарате искусственного дыхания.

Мир картины закручивается вокруг истории главного героя и её ключевых точек:

  • В каком положении находился главный герой перед случаем, приковавшим его к кровати;
  • Как это случилось;
  • Кто был рядом;
  • Как главный герой отрицал свое положение;
  • Как он нашел силы для того, чтобы смириться;
  • Кто остался вокруг него;
  • Как он провел более 20 лет в положении, когда за него постоянно дышит аппарат искусственного дыхания.

Сёркис бьет выразительными фактами и кадрами, забивая их в зрителя, словно гвозди в деревянный брусок. В ответ зритель готов выдать первую слезу уже на пятнадцатой минуте (некоторые начали плакать уже на десятой минуте). Смелость режиссёра похвальна: обычно, изображая деликатное положение инвалидов, сюжет подают менее торопливо, часто — с остановками на мгновениях счастья. И вот в чем основное отличие картины «Дыши ради нас» от всех похожих: в первые десять минут вы смотрите на идиллию, а оставшиеся полтора часа собираете крупицы счастья, как осколки, которые разбросало по всему дому.

«И вот в чем основное отличие картины «Дыши ради нас» от всех похожих: в первые десять минут вы смотрите на идиллию, а оставшиеся полтора часа собираете крупицы счастья, как осколки, которые разбросало по всему дому»

С одной стороны, это необычный ход, есть свежесть подачи, но, с другой, ровно наоборот. Выглядит так, будто богатый выпускник созвал всех своих одногруппниц дома у родителей, достал с полок весь дорогой алкоголь и решил смешать коктейль сразу из 10 сортов выпивки, причем сделал это в огромной бочке: в первые 10 минут вы узнаете подробную историю любви супругов Кавендишей, друзей, семьи, жизненные позиции, мотивации, точку невозврата для главного героя и ключевое решение главной героини — абсолютно всё. Но отмечу, что коктейль получился неплохой: стоит поблагодарить не столько режиссёра, сколько беспроигрышную историю, основанную на реальных событиях.

Правдоподобная актерская игра

Диалог Брюса и Драммонд в фильме «Грязь»

Гай Марций перед монологом об изгнании в фильме «Кориолан»

Эндрю Гарфилд — единственный артист фильма, который не принадлежит к британской школе, но у него поразительно получается играть по-британски, то есть искренне преодолевать невзгоды и умирать. Вспомните «Не отпускай меня», где герой Эндрю Гарфилда опять же находился в безвыходном положении: зритель верил этому мальчику из Лос-Анджелеса, он делает с нами то же, что и Рейф Файнс в «Кориолане», когда произносит свои монологи, он заставляет верить себе ровно так же, как Джеймс МакЭвой в фильме «Грязь», когда открывает все свои мысли детективу Драммонд. «Человек-Паук» мог навсегда остаться ярлыком поверхностной игры, но артист упорно движется к настоящей драме, избегая ограничений — в фильмах «По соображениям совести», «Молчание» или в спектакле «Ангелы в Америке».

Другие артисты ведут себя скромнее в сравнении с Гарфилдом, который крадет шоу. Но с другой стороны, ему и надо стараться, он в центре событий, хотя и не Стивен Хоккинг. Клер Фой ловко становится отличным дополнением к страданиям главного героя: она его неотъемлемая половина, Мария Магдалина, которая ежедневно приносит себя в жертву лежащему на ее коленях Иисусу. И подобно библейской героине, по сюжету она должна найти силы смириться с выбором главного героя.

Том Холландер сыграл сразу двух человек — братьев-близнецов главной героини. Артист еще раз подтвердил то, что исполнять роль второго плана надо уметь и понимать, чувствовать и ей соответствовать. При ближайшем рассмотрении становится ясно, что Гарфилду приходится прикладывать действительно много усилий, чтобы не затеряться в маститой компании британских театралов.

Именно актерская игра исправляет возможные огрехи сценария, невнятного течения времени и смещённых акцентов. Серкис отлично контролирует тех, кто в кадре, и то, как именно они должны взаимодействовать друг с другом.

Но реклама нам соврала

Но, тем не менее, зрителю лгут в трейлере, постерах и карточках фильма. Трейлер настолько далек от акцентов сюжета, причем продающих» акцентов, что возникает когнитивная полярность «ожидание – реальность»:

  • На постере идиллия, хотя три четверти фильма — это сцены тяжелой судьбы;
  • В трейлере — автомобиль с откидным верхом, однако это было только в самом начале.

Если бы прокат фильма был много шире, то это могло бы завалить первый уик-энд (вспомните историю с «Призрачным гонщиком»), однако у британского кино есть и свои прелести: его показывают не так часто, поэтому зритель всегда испытывает чувство легкого голода в отношении таких картин.

Вместо заключения

Самоотдача актерского состава заставляет забыть о шероховатостях режиссерского дебюта Энди Серкиса, потому что он как опытный британский актер смог выжать всё из артистов, которые в него поверили. В картине есть что-то, что говорит: «Эти ребята ставят отлично каждую сцену», потому что расхождения режиссерского замысла и актерских линий нет. Остальное — дело практики и ровных рук продюсера и оператора.

Автор: Пётр Ермаков

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.